Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 г. n 51 г. Москва «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 г. n 51 г. Москва

Мошенничество отделят от краж. Пленум ВС разъяснил, как правильно оценивать аферы

Верховный суд (ВС) России сделал очередной шаг в сторону либерализации уголовного законодательства в сфере предпринимательской деятельности.

Пленум ВС рекомендовал вчера судам закрывать дела в тех случаях, когда следствию не удалось доказать, что подсудимый изначально имел умысел на совершение хищения чужого имущества.

Кроме того, ВС считает правильным признавать обычными хищениями некоторые виды компьютерных мошенничеств. При этом аферы, в результате которых граждане теряют свое жилье, предлагается расценивать только как тяжкие преступления.

Уголовная ответственность за деяния, связанные с «неисполнением договоров», то есть совершенные в сфере предпринимательской деятельности, должна наступать только в тех случаях, когда установлено, что умысел на хищение чужого имущества возник у подсудимого еще до совершения преступления. Если же наличие изначального преступного умысла не доказано, отметила выступавшая на вчерашнем пленуме ВС судья Верховного суда Татьяна Хомицкая, то речь может идти о гражданско-правовых отношениях, само же дело «должно быть прекращено».

ВС детализировал и практику рассмотрения дел о кибермошенничествах и преступлениях, связанных с использованием банковских карт.

Например, если мошенник снял деньги потерпевшего, воспользовавшись его персональными данными, в частности, через «Мобильный банк» в похищенном или одолженном сотовом телефоне, то такие действия нужно квалифицировать не как мошенничество в сфере компьютерной информации (159.6 УК РФ), а как простую кражу (ст. 158 УК РФ).

Также как кражу, а не компьютерное преступление, следует рассматривать хищение имущества через поддельные сайты благотворительных организаций, интернет-магазины и т. п.

Аналогичная рекомендация в проекте постановления пленума Верховного суда содержится и для тех случаев, когда злоумышленник снял с чужой карты деньги в банкомате, вне зависимости от того, похитил ли он ее или потерпевший сам передал ее преступнику, сообщив свои персональные данные «под воздействием обмана или злоупотребления доверием».

Не решенными окончательно остались вчера два вопроса. Участники пленума не пришли к единому мнению, что считать местом преступления при хищении безналичных средств — местонахождение преступника или банк, из которого были украдены средства.

Также мнения разделились по вопросу о том, какой момент следует считать окончанием кибермошенничества или хищения средств с использованием банковских карт.

В одном из вариантов постановления предлагается преступление считать оконченным с момента зачисления украденных средств на банковский счет злоумышленника, в другом — с момента списания денег со счета их владельца. Отметим, что от решения этих вопросов зависят подследственность и подсудность уголовных дел.

Участвовавший в пленуме замгенпрокурора РФ Леонид Коржинек, к примеру, поддержал первый вариант. «В стране уже сложилась судебная практика считать преступления оконченными с момента поступления похищенных средств в незаконное владение»,— заявил он. Как бы то ни было, решения по спорным вопросам в ВС еще будут доработаны.

Консультация юриста

УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

Газета «Коммерсантъ» №212 от 15.11.2017

Пленумом Верховного Суда РФ даны новые разъяснения по делам о мошенничестве, присвоении и растрате

Пленум ВС корректирует некоторые постановления по уголовным делам

30 июня 2021 в 18:53

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 г. n 51 г. Москва

Пленум Верховного Суда опубликовал проект Постановления о внесении изменений в отдельные постановления Пленума ВС РФ по уголовным делам.

Внесение изменений обусловлено изменением законодательства и возникающими в ходе рассмотрения дел вопросами.

«О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел»

Что касается процедуры рассмотрения дела в особом порядке, то Пленум указывает, что суд обязан удостовериться, что у государственного обвинителя (прокурора), частного обвинителя и (или) потерпевшего, если он участвует в деле, не имеется возражений против заявленного обвиняемым ходатайства. При этом следует учитывать, что несогласие с ходатайством обвиняемого, выраженное хотя бы одним из названных лиц, независимо от мотивов возражений является основанием для проведения судебного разбирательства в общем порядке.

Также Пленум подчеркивает, что рассмотрение уголовного дела в особом порядке не освобождает суд от обязанности исследовать вопросы, касающиеся гражданского иска, и принять по нему решение.

В частности, суд при постановлении обвинительного приговора вправе удовлетворить гражданский иск, если его требования вытекают из обвинения, с которым согласился обвиняемый, и не имеется препятствий для разрешения его судом по существу.

При наличии соответствующих оснований гражданский иск может быть оставлен без рассмотрения, производство по нему прекращено, в его удовлетворении может быть отказано либо по иску принято решение о передаче его на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Обращается внимание и на то, что Суд при повторном рассмотрении дела, в том числе в общем порядке судебного разбирательства, не вправе назначить осужденному более строгое наказание в тех случаях, когда приговор, постановленный по правилам главы 40 УПК РФ, отменен судом вышестоящей инстанции по основаниям, не связанным с ухудшением положения осужденного.

«О судебной экспертизе по уголовным делам»

В качестве маленького напоминания, ВС РФ добавил, что вопросы, поставленные перед экспертом, и заключение по ним не могут выходить за пределы его специальных знаний.

Кроме того, перед экспертом не могут быть также поставлены вопросы по оценке достоверности показаний подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего или свидетеля, полученных в ходе производства допроса, очной ставки и иных следственных действий, в том числе с применением аудио- или видеозаписи.

Читайте также:  Быстроденьги хотят получить 40 тысяч, можно ли выиграть суд?

Высказался Пленум и о повторной экспертизе: «Согласно части 2 статьи 207 и части 4 статьи 283 УПК РФ при возникновении сомнений в обоснованности заключения эксперта или при наличии в выводах экспертов по тем же вопросам противоречий, которые невозможно преодолеть в судебном разбирательстве путем допроса экспертов, может быть назначена повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту».

«О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве»

Судам, по мнению Пленума, при исследовании характера и пределов содействия подсудимого следствию следует иметь в виду, что такое содействие может выражаться, в частности, в даче показаний об обстоятельствах совершенного преступления и о соучастниках преступления с указанием их роли; сообщении о других преступлениях, в том числе совершенных с участием иных лиц; указании очевидцев совершения преступления, мест уничтожения или хранения орудий преступления, сокрытия трупа, похищенного имущества; выдаче предметов и документов, представлении аудио-, видеозаписи сведений, имеющих значение для дела; участии в проведении оперативно-розыскных мероприятий.

«О применении норм главы 471 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции»

Суд кассационной инстанции при рассмотрении уголовного дела может смягчить назначенное осужденному наказание или применить уголовный закон о менее тяжком преступлении, но не вправе усилить наказание или применить закон о более тяжком преступлении. При наличии оснований для поворота к худшему судебное решение подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство соответственно в суд первой или апелляционной инстанции либо с возвращением уголовного дела прокурору.

«О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»

Прокомментировано одно из совсем не чуждых современных явлений — снятие денег с карты без ведома владельца: «Тайное изъятие денежных средств с банковского счета или электронных денежных средств, например, если безналичные расчеты или снятие наличных денежных средств через банкомат были осуществлены с использованием чужой или поддельной платежной карты, надлежит квалифицировать как кражу по признаку «с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»».

«О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»

Территориальную подсудность уголовного дела о мошенничестве, предметом которого являются безналичные денежные средства, судам следует определять с учетом места совершения преступления, а также других указанных в законе обстоятельств.

Если не все участники производства по такому делу проживают на территории, на которую распространяется юрисдикция суда, и все обвиняемые согласны на изменение территориальной подсудности данного уголовного дела, а также в иных случаях, указанных в части 4 статьи 32 и в статье 35 УПК РФ, территориальная подсудность уголовного дела может быть изменена.

  • С полным текстом документа можно ознакомиться по ссылке.
  • Читайте далее:
  • Суд пересмотрит размер компенсации депутату за незаконное уголовное преследование
  • КС РФ изучил вопрос досмотра адвокатов в СИЗО
  • КС РФ защитил право отцов суррогатных детей на маткапитал

7 дел, где применили постановление Пленума ВС о мошенничестве | КОЛЛЕГИЯ АДВОКАТОВ ГОРОДА СИМФЕРОПОЛЬ

Один человек подобрал на улице чужую пластиковую карту и пошел с ней по магазинам. Другой перевел себе деньги знакомого с помощью «мобильного банка». Третий, работая в компании, использовал ее базу данных, чтобы похитить деньги. Где тут кража, а где мошенничество? Иногда такие преступления непросто квалифицировать, но от этого зависит, какое наказание получит преступник. Суды первой инстанции дали свою оценку уголовным делам, а вышестоящие исправили ошибки. В этом им помогло Постановление Пленума Верховного суда о мошенничестве № 48.

Пластиковые карты распространяются все шире. Преступлений в этой сфере тоже становится больше. По какой статье их правильно квалифицировать, разъясняет Пленум Верховного суда в Постановлении № 48 от 30 ноября 2017 года «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». Например, если человек использовал чужую карту в банке, магазине, другой организации, это «мошенничество с использованием электронных средств платежа» – при условии, что он говорил сотрудникам, что это его собственная карта, или просто молчал. Самый «простой» состав такого мошенничества предусмотрен ч. 1 ст. 159.3 УК и предусматривает в том числе лишение свободы до трех лет.

Действия Дениса Килина суд сначала квалифицировал как кражу. Килин подобрал на тротуаре чужую карточку и отправился по магазинам. Вводить пин-код не требовалось, так что в итоге он успел потратить порядка 20 000 руб.

За это первая инстанция приговорила подсудимого к 1,5 годам лишения свободы по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»).

Максимальное наказание по этому составу – шесть лет лишения свободы.

С решением районного суда оказался не согласен Верховный суд Удмуртии. Он напомнил о содержании п. 7 Постановления Пленума № 48. Согласно ему, использование чужой карты надо квалифицировать как мошенничество, если человек говорил сотрудникам магазина, что это его карта, или молчал, что она чужая.

Но первая инстанция не разобралась, как Килин расплачивался чужой картой, участвовали ли в этом продавцы и каким образом. Нужно было установить эти факты и определить, было ли это тайное изъятие или мошенничество, указывается в апелляционном определении № 22-528/2019.

С такими указаниями апелляция отправила дело на новое рассмотрение.

Похожую ошибку в другом деле исправил Калининградский областной суд. Там Сергей Кипайкин оплатил покупки и онлайн-игру чужой картой на 15 000 руб. Апелляция указала, что таким образом осужденный создал у продавцов впечатление, будто использует ее правомерно.

Читайте также:  Врачи через суд обяжут родителей лечить своих детей

Фактически он обманул их, что имеет право расплачиваться картой. Поэтому областной суд переквалифицировал действия Кипайкина с кражи на мошенничество с использованием платежных карт. В итоге тот получил 1 год и 8 месяцев лишения свободы (дело № 22-1703/2018).

Где будут судить за мошенничество с картами

В п. 5 постановления Пленума говорится о мошенничестве с безналичными денежными средствами. Преступление считается оконченным тогда, когда деньги были списаны со счета, а их владелец потерпел ущерб.

Суды используют это разъяснение, когда определяют место совершения преступления и территориальную подсудность. Такой вопрос возник в деле В.

Добровольского, который, по мнению следствия, похитил деньги с банковского счета УМВД России по Новгородской области. Дело поступило в Новгородский районный суд.

ПЛЕНУМ ВСКак это работает: семь видов мошенничества в разъяснениях Пленума ВС

Но сторона защиты ходатайствовала о том, чтобы перенести рассмотрение дела в Дорогомиловский райсуд Москвы.

Адвокат указывал, что Добровольский действовал на территории Москвы и там же организовал дальнейшее движение полученных средств. Кроме того, большинство свидетелей находятся в Москве, обращала внимание защита.

Первая инстанция согласилась перенести рассмотрение дела в столицу, но апелляция оказалась другого мнения.

Как напомнил Новгородский областной суд, особенность хищения «безнала» в том, что оно считается оконченным уже в момент изъятия денег.

Это значит, что местом совершения мошенничества надо считать место нахождения банковского счета. В случае Добровольского – это Великий Новгород.

И нет разницы, где совершены предшествующие действия и где лицо распорядилось деньгами, указала апелляция в Постановлении № 1-206-22-400/2019.

Онлайн-переводы и компьютерные вмешательства

Похитить чужие средства можно и без карты, например, с помощью чужого «мобильного банка» или системы интернет-платежей, обманув владельца. Это кража, но если при этом виновный незаконно не влиял на программное обеспечение серверов, компьютеров или сами сети. Это разъясняет п. 21 Постановления № 48.

Эти разъяснения не учел суд первой инстанции, который квалифицировал действия А. Ербягина п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»).

Ербягин использовал «мобильный банк», чтобы переводить себе деньги с чужого счета. Сколько именно, из судебных актов вымарано, указано только, что «ущерб значительный». По п. «г» ч. 3 ст. 158 УК Ербягин получил два года лишения свободы.

Но Красноярский краевой суд счел наказание слишком суровым и объяснил это в определении № 22-993/2019.

Апелляция решила, что осужденный совершил «простую» кражу в крупном размере, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК. По ней санкции заметно меньше, чем по п. «г» ч. 3 этой же статьи.

Дело в том, что Ербягин пользовался «мобильным банком», но не вмешивался в работу программ, серверов и информационно-телекоммуникационных сетей.

Краевой суд убрал этот квалифицирующий признак из приговора и с учетом других смягчающих обстоятельств назначил подсудимому год исправительных работ с удержанием 10% зарплаты.

Компьютерное вмешательство имело место в другом уголовном деле, где судили продавца салона связи «Мегафон» Петра Зволя. С помощью переоформления счетов абонентов он вывел порядка 500 000 руб., принадлежавших «Мегафону».

Махинации он проводил в компьютерной базе лицевых счетов. Поэтому районный суд определил преступление как «мошенничество в сфере компьютерной информации» (ч. 1 ст. 159.6 УК). При этом первая инстанция отказалась дополнительно квалифицировать действия Зволя по ч.

3 ст. 272 УК («Неправомерный доступ к компьютерной информации с использованием служебного положения»). Районный суд объяснил свое решение тем, что Зволь использовал доступ к базе данных для реализации преступного намерения завладеть деньгами «Мегафона».

То есть эти действия и так входили в состав мошенничества.

Первую инстанцию поправил Самарский областной суд со ссылкой на п. 20 Постановления Пленума № 48. Там содержатся правила квалификации мошеннических действий, которые сопряжены с «неправомерным доступом к компьютерной информации или использованием вредоносных компьютерных программ». Это не только ст.

159 УК «Мошенничество», но и одна из трех специальных статей в зависимости от обстоятельств преступления: ст.

272 («Неправомерный доступ к служебной информации»), 273 («Создание, использование и распространение вредоносных компьютерных программ») или 274 УК («Нарушение правил эксплуатации средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации и информационно-телекоммуникационных сетей»).

Апелляция сочла, что здесь требуется дополнительная квалификация. Все-таки продавец «Мегафона» неправомерно занимался модификацией охраняемой законом информации, за что предусмотрена ответственность ст. 272 УК, говорится в определении № 22-6541. В итоге дело направилось на пересмотр.

Хищение с подделкой: как квалифицировать

Если мошенник использовал подделки официальных документов, то преступление надо дополнительно квалифицировать по ч. 1 ст. 327 УК, указывается в п. 7 постановления Пленума.

По этому пункту наказание за «подделку официального документа, который предоставляет права или освобождает от обязанностей», предусматривает, в частности, принудительные работы или лишение свободы на срок до двух лет. Это в два раза меньше, чем санкция по ч.

2 этой статьи за «те же деяния, совершенные с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение».

Первая инстанция не учла разъяснения ВС, когда оценивала действия Гуляйлы Омахановой в одном из уголовных дел. Директора ООО «Центр моды и дизайна» осудили за махинации при выкупе муниципального помещения у Махачкалы.

С помощью поддельных документов директор хотела «сбить» цену на 1 млн руб.

Читайте также:  Разводимся с женой, она, не дает видеться с ребенком, что делать в данной ситуации?

Она предъявила отчеты, которые подтверждали ремонт на эту сумму, хотя на самом деле никаких работ не проводилось, а подписи на бумагах оказались подделаны.

За это Омаханова получила 3,5 года условно (по совокупности за покушение на мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК) и «подделку с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение» (ч. 2 ст. 327 УК). Верховный суд Республики Дагестан в целом поддержал приговор районного суда, но поменял квалификацию подделки на ч. 1 ст.

327 УК в соответствии с указаниями Пленума Верховного суда РФ. Это отразилось на итоге дела. Поскольку «дополнительное» преступление небольшой тяжести, то по нему уже успел закончиться двухлетний срок привлечения к ответственности. Поэтому ВС Дагестана освободил Омаханову от ответственности.

В апелляционном определении № 22-572остались только 3 года условно за покушение на мошенничество.

Должностное преступление без должности

Чем отличается мошенничество с использованием служебных полномочий, разъясняет п. 29 Постановления Пленума № 51. В частности, его может совершить лицо, которое использует во вред свои «служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции».

Для правильной квалификации преступления их необходимо четко определить, напомнил Оренбургский облсуд в уголовном деле Игоря Перепелкина. По итогам такого пересмотра подсудимому удалось добиться смягчения наказания.

Районный суд приговорил его к 2,5 годам в колонии общего режима и штрафам в общей сумме на 750 000 руб. Перепелкина признали виновным в уклонении от уплаты налогов (ч. 1 ст. 199 УК) и покушении на мошенничество в особо крупном размере с использованием своего служебного положения (ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК).

Как установило следствие, фактический руководитель ООО оформлял фиктивные поставки и пытался возместить из бюджета более 3 млн руб. НДС.

Первая инстанция решила, что Перепелкин совершил мошенничество с использованием служебного положения, потому что он распорядился учредить эту фирму и фактически управлял ею (бизнес был оформлен на родственницу лишь номинально).

Иного мнения оказался Оренбургский областной суд. Он применил более формальный подход. По документам осужденный в компании никто и никаких полномочий не имеет.

«Суд не указал в приговоре, какими служебными полномочиями был наделен Перепелкин и какие он использовал при совершении преступления», – излагается в определении № 22-680/2019.

Придя к таким выводам, апелляция уменьшила штраф на 250 000 руб.

  • Евгения Ефименко. Право.ру

Вс облегчил судьям прекращение дел о мошенничестве

Пленум Верховного суда РФ принял 30 ноября постановление о судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате, поставив точку в бурной дискуссии относительно времени и места совершения таких преступлений с безналичными средствами (об обсуждении документа Legal.Report подробно писал здесь).

Проект, доработанный за две недели редакционной комиссией и несколько выросший в объеме, как и в прошлый раз, представила пленуму судья ВС РФ Татьяна Хомицкая. По ее словам, текст документа претерпел ряд изменений, в том числе весьма принципиального характера.

Самые масштабные из них внесены в пункты 1 и 5, которые относятся к «виртуальной» сфере и безналичным деньгам.

– Из пункта один исключено разъяснение, касающееся способа хищения чужого имущества в сфере компьютерной информации, – сообщила Хомицкая. Заметив, что в нынешнем праве «нет однозначного ответа на вопрос, является ли такое вмешательство самостоятельным способом мошенничества вообще».

Судья рассказала о спорах, разгоревшихся в комиссии вокруг пятого пункта документа (момент окончания преступления при мошенничестве, предметом которого является «безналичка»), – он, напомним, стал камнем преткновения и на заседании пленума 14 ноября. Здесь в итоге была учтена формулировка самого понятия «хищение» из УК РФ, уточнила Хомицкая.

– Лицо, совершающее мошенничество, беспрепятственно завладевает средствами именно в момент их снятия со счета потерпевшего, – отметила она. – И тогда же получает возможность распорядиться ими.

Как подчеркнула Хомицкая, тщательный анализ судебной практики подтверждает что «не всегда можно достоверно установить – куда ушли деньги, пропавшие со счета потерпевшего».

– Нам, однако, представляется, что установление данного обстоятельства тут никак не должно влиять на квалификацию мошенничества как оконченного деяния и как следствие – на определение наказания за него, – сказала судья, пояснив, что такая позиция «поддержана большинством судей судебной коллегии по уголовным делам».

Хомицкая заявила об исключении из итоговой версии проекта постановления той версии пункта 6, которая определяла место совершения мошенничества с безналичными средствами как «место фактического нахождения виновного лица».

В окончательной редакции им предложено считать «место нахождения банка (его филиала) или иной организации, в которых владельцем денежных средств был открыт банковский счет или велся учет электронных денежных средств».

И исходя именно из этого суды должны решать вопрос о территориальной подсудности уголовного дела.

Важной новеллой докладчик назвала появившийся в документе пункт, касающийся возможной малозначительности мошеннических действий. Согласно ему, коль скоро они хотя формально и содержали признаки указанного преступления, «но в силу малозначительности не представляли общественной опасности», то на основании ч. 2 ст. 14 УК РФ суд прекращает уголовное дело.

Документ поддержал замминистра юстиции Алу Алханов. С ним был вполне солидарен замгенпрокурора РФ Николай Винниченко, назвавший внесенные в текст изменения «совершенно правильным решением».

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *