ФНС напомнила об ответственности за неисполнение законодательства о банкротстве

Административная и уголовная ответственность за неисполнение обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве)

В целях предотвращения нарушений прав участников рыночных правоотношений действующим законодательством установлена административная и уголовная ответственность за нарушения положений Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Так, к административной и уголовной ответственности могут быть привлечены виновные в нарушение Закона о банкротстве руководители должника, члены органов управления (являющихся физическими лицами), должники-граждане, а также арбитражные управляющие.

Уголовная ответственность предусмотрена за такие нарушения Закона о банкротстве как: фиктивное банкротство (ст. 197 УК РФ); преднамеренное банкротство (ст. 196 УК РФ) и неправомерные действия при банкротстве    (ст. 195 УК РФ). Санкциями указанных статей установлена ответственность виновных лиц от штрафа в размере до 500 тыс. рублей до лишения свободы сроком до 6 лет.

Стоит отметить, что неправомерные действия при банкротстве это, в том числе, такие действия должностных лиц, совершенные при наличии у предприятия признаков банкротства, как: сокрытие информации об имуществе, имущественных правах или обязанностях, незаконное отчуждение или уничтожение имущества, бухгалтерских документов, неправомерное удовлетворение имущественных требований отдельных кредиторов за счет имущества должника в ущерб другим кредиторам, незаконное воспрепятствование деятельности арбитражного управляющего и др.

В иных случаях, а также в случаях неисполнения руководителем юридического лица или индивидуальным предпринимателем обязанности по подаче заявления о признании соответственно юридического лица или индивидуального предпринимателя банкротом в арбитражный суд и  воспрепятствования должностными лицами кредитной организации осуществлению функций временной администрации, наступает административная ответственность, предусмотренная ст.ст. 14.12, 14.13, 14.14 КоАП РФ.

При этом, размер административных штрафов за указанных правонарушения установлен до 50 тыс. рублей или дисквалификации должностных лиц сроком до 3-х лет.

         Указанная ответственность за нарушение законодательства о несостоятельности (банкротстве) направлена на пресечение неправомерных действий руководителей, иных уполномоченных лиц должника и арбитражных управляющих, ведущих к финансовой несостоятельности предприятий и дестабилизации рыночных отношений.

Права налогового органа при осуществлении процедур банкротства — Ассоциация Юристов России

Процедура банкротства подразумевает, что все кредиторы могут на равных правах заявить свои требования к должнику. Не имеет значения, какой статус присвоен каждому из кредиторов. Очевидно, что частные лица наделены определенными преимуществами. Так, работники должника и залоговые кредиторы поддерживают с будущим банкротом специфические трудовые отношения.

В связи с этим, они обладают преимуществами перед остальными взыскателями. Они получили гарантии исполнения должником своих обязательств еще до начала процедуры банкротства. Незначительными привилегиями обладает и банк.

Например, он имеет возможность инициировать процедуру банкротства должника, исключая предварительное обращение в суд для удовлетворения своих требований по взысканию той или иной суммы.

Ситуация в современном мире складывается таким образом, что банкротное законодательство остро нуждается в немедленном реформировании. Все чаще в обществе и в законодательных кругах возникают разговоры о том, что необходимо наделить налоговые органы расширенными полномочиями.

Налоговая инстанция нуждается в дополнительных гарантийных обязательствах и правах.

В том числе, налоговая инстанция нуждается в новых полномочиях в плане приоритетного права выбора арбитражного управляющего, в первоочередном удовлетворении требований, а также в плане признания налоговой инстанции залоговым кредитором.

Следует отметить, что налоговая инстанция и ранее обладала определенными привилегиями. Они вытекали и из существующего законодательства в плане банкротства, и из практики его применения в современных реалиях. Некоторые из преимуществ нуждаются в более детальном рассмотрении.

Важно понимать, что реализация тех преимуществ, которыми наделена налоговая инспекция, неизбежно оказывает влияние на права иных кредиторов, участвующих в процедуре банкротства.

Особое значение имеет тот момент, за счет каких инструментов ФНС сможет получить расширенные полномочия, и насколько это реально.

Последовательность при удовлетворении основных требований

К началу 2017 года Верховным Судом была установлена первоочередность удовлетворения отдельных фискальных требований. В частности, это коснулось отчислений в Пенсионный Фонд РФ и взыскания задолженности по НДФЛ.

Эти текущие требования были отнесены ко второй очереди текущих требований, а также ко второй реестровой очереди. Как это может сказаться на положении реестровых и так называемых «текущих» кредиторов? Самое важное, на что следует обратить внимание, это ощутимое уменьшение шансов взыскать задолженность как таковую.

Это особенно актуально для текущих кредиторов, которые были отнесены к четвертой и пятой очередям.

Кредиторам неприятен сам факт установления подобной очередности. ВС в своих разъяснениях ссылается на возможность применения специфических законодательных норм.

Иными словами, при взыскании задолженностей в пользу бюджета законодательство выбирает кратчайший путь, исключая необходимость проведения публичных дискуссий и прочих парламентских мероприятий. Этот случай нельзя рассматривать как исключение.

За счет формирования определенной практики, ФНС получают дополнительные привилегии от Верховного Суда.

Налоговые органы не испытывают сильного интереса к тем процедурам, где конкурсный управляющий предпринимает меры для погашения задолженностей перед кредиторами. Это негативно сказывается на положении взыскателей.

Ранее они могли извлечь определенную выгоду из очень активного поведения налоговой инспекции. Сегодня они лишены такой возможности. Жертвами сложившейся ситуации стали и арбитражные управляющие.

Некоторые из них не успели перенести соответствующие фискальные требования в первую очередь взыскания и применяли устаревший подход к взысканию задолженности.

Существует определенным образом сложившаяся практика Верховного Суда, которая и спровоцировала внесение изменений в присвоение приоритета тем или иным задолженностям. Более подробную информацию можно почерпнуть в обзоре Судебной практики ВС РФ, утвержденном Президиумом ВС РФ.

Оспаривание совершенных сделок

Одним из наиболее эффективных механизмов пополнения и расширения конкурсной массы по-прежнему остается оспаривание совершенных должником сделок по реализации принадлежащего ему имущества.

Арбитражный управляющий уделяет пристальное внимание всем сделкам, которые можно посчитать сомнительными. В случае признания таких сделок ничтожными, контрагент, участвовавшие в них, также обретают статус кредиторов и включаются в реестр требований.

Перед ними у должника также образуется долг, который необходимо погасить.

Учитывая этот нюанс, на законодательном уровне были внесены определенные дополнения и коррективы в пункт 4 статьи 61 пункт 4 Закона о Банкротстве. Теперь из общего правила предусматривается несколько исключений.

Например, не подлежат оспариванию отчисления налогоплательщика в бюджет, поскольку они являются приоритетными. Это касается именно ординарных платежей. Это означает, что подобные платежи не были предусмотрены актуальными законодательными нормами.

Оспариванию платежи не подлежат исключительно в тех случаях, когда налоговая инспекция не была осведомлена о наличии обязательств, которые плательщик не исполнил перед кредиторами.

Это означает, что на законодательном уровне процесс возвращения излишне уплаченных в бюджет сумм несколько ограничен. Теперь прочие кредиторы лишены возможности удовлетворить свои требования за счет дополнительного источника.

Следует учесть и ту особенность, что доказать осведомленность налоговой инспекции о финансовых проблемах должника и наличии у него задолженностей практически невозможно.

Судебная инстанция не принимает в качестве доказательств отсылки к различным абстрактным документам и балансам. Доказательная база должна однозначно указывать на факт осведомленности ФНС о возникших у должника обстоятельствах.

Это означает, что бюджетные средства фактически обретают статус неприкосновенных. От этого неизбежно страдают прочие кредиторы, требования которых не будут удовлетворены в полном объеме.

Погашение налоговых задолженностей из доходов, полученных от аренды залогового имущества или реализации предмета залога

В 2014 году в статью 138 Закона о Банкротстве были внесены очередные коррективы. Расходы на реализацию и обеспечение сохранности предмета залога теперь могут быть погашены с денежных средств, вырученных с его продажи.

Прежде чем выручка будет распределена, происходит удовлетворение этих расходов. Такая позиция считается правомерной согласно пп 1,2 ст. 138 ЗоБ. Лишь после этого остаток средств может быть направлен кредитору.

Этот подход часто распространялся на доходы, полученные от предоставления предмета залога в аренду. Это позволяло защитить имущественные права незалоговых кредиторов за счет перераспределения расходов в пользу залоговых кредиторов.

Тем не менее, на законодательном уровне не было зафиксировано понятие подобных расходов. Это порождало серьезные разногласия в трактовке понятия.

Оперируя указанной нормой, в короткие сроки ФНС стала относить к подобным расходам те, которые связаны с обеспечением сохранности имущества, переданного кредитору в качестве залога. В эту категорию попали и налоговые платежи: земельный и имущественный налоги, НДС.

Существующая судебная практика до последнего времени категорически не позволяла погашать налоговые задолженности в приоритетном порядке согласно п.6 ст. 138 ЗоБ. Иными словами, это не должно было ущемлять положение залоговых кредиторов.

Тем не менее, в прошлом году Верховный Суд изменил свою позицию в рассматриваемом вопросе. В октябре 2020 года было опубликовано Определение №305-ЭС20-10152.

Согласно ему, НДС, который является составной частью арендной платы при предоставлении залогового имущества в аренду имеет отношение к расходам, сопряженным с его реализацией. Это означает, что подобная задолженность должна быть устранена в первоочередном порядке.

В марте 2021 года аналогичный вопрос был поднят относительно взыскания имущественного налога и земельного налога. Эта информация находит отражение в Определении от 01.03.2021 №305-ЭС20-20287.

У многих аналитиков закономерно возникают подозрения касательно того, что вопрос по взысканию части налоговых задолженностей однозначно решен в пользу налогового органа. Это ущемляет права иных кредиторов. Накопленные налоги могут обретать весьма внушительную величину.

Пролонгирование периода на включение фискальных нормативов в реестр

Законодательные нормы в вопросах банкротства подразумевают, что кредитор может направить заявление о включении в общий реестр требований в течение двух календарных месяцев со дня инициирования определенного банкротного дела. Что касается налогового органа, то в данном случае этот срок существенно увеличен и достигает 8 месяцев.

Читайте также:  Как можно уладить вопрос с банком без особых последствий, я переживаю за жилье. Если можно, объясните пожалуйста, что можно сделать?

Это позволяет наделить фискальные требования приоритетным статусом по сравнению с требованиями иных кредиторов. Налоговая инспекция может не торопиться с проведением необходимых проверок и чувствовать при этом себя достаточно уверенно.

Пролонгация сроков включения налоговой инспекции в перечень кредиторов приводит к довольно негативным последствиям. Достоверно определить величину и объемы существующих реестровых требований становится практически невозможно.

Кроме того, сама банкротная процедура становится более растянутой во времени.

Субсидиарная ответственность

Новые коррективы, внесенные в законодательные нормы в вопросах банкротства, посвящены ответственности контролирующих инстанций.

Если налоговые обязательства, которые имели место по причине недобросовестности налогоплательщика или его бенефициаров, составляют не менее 50% от всего объема выдвигаемых требований, то можно говорить о так называемом доведении до банкротства.

Если фискальные требования более чем на 50% заполняют третью очередь взыскания, то банкротство субъекта будет автоматически признано виной контролирующего органа.

При таком подходе прочие кредиторы не испытывают неудобств, но ФНС получает более внушительные шансы на удовлетворение своих требований.

все статьи

Ответственность собственника, директора по долгам компании

Согласно действующему российскому законодательству юридические лица приобретают гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы.

Как следствие – вопрос профессионализма и направленности воли отдельных лиц, входящих в органы управления компаний, – будь то члены общего собрания участников, совета директоров, или директор, имеет чрезвычайно важное, определяющее значение для стабильности гражданского оборота.

В связи с этим при ведении бизнеса наибольшую опасность представляют ситуации, при которых действия органов управления организации по распоряжению ресурсами перестают соответствовать целям самой организации, обязательства не исполняются, что ведёт за собой неисполнение обязательств контрагентами первоначальных должников, невыплатой заработной платы работникам и множеством других трагических последствий.

Как можно заметить, к вышеуказанным последствиям в любых случаях ведут действия именно физических лиц, управляющих компаниями. Однако, учитывая рисковый характер предпринимательской деятельности, для её стимуляции законодателем между действиями физических лиц и их последствиями создана опосредующая правовая конструкция – ограниченная ответственность юридических лиц.

Так, учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника.

Если вопрос ответственности предпринимателей и владельцев компаний в данном контексте звучит достаточно определенно, то вопрос ответственности единоличных исполнительных органов является более запутанным, поскольку и без того тонкая грань между противоправным умыслом или некомпетентностью, с одной стороны, и непредвиденными неудачами, с другой стороны, обусловленными рисковым характером предпринимательской деятельности, становится ещё более тонкой из-за концентрации власти в руках управленца при принятии множества оперативных решений в компании.

Несмотря на то, что в п. 3 ст.

53 ГК РФ предусмотрена обязанность лиц, выступающих от имени организации, возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, на первый план в данном вопросе выходит проблема самой возможности в некоторых случаях привлечь руководителей к ответственности.

Фнс научилась получать долги с банкротов

Федеральная налоговая служба (ФНС) за пять месяцев 2017 года получила на 57,4% больше налоговых платежей от предприятий-банкротов, чем год назад.

Такого результата удалось достичь благодаря тому, что штрафовать за неуплату налогов стали арбитражных управляющих и банки, в которых у должников открыты счета, сообщили «Известиям» в ФНС.

Впрочем, как утверждают юристы, требование об уплате налогов при банкротстве в первоочередном порядке законом до сих пор не установлено, хотя и есть судебные прецеденты.

Согласно действующему законодательству, при проведении процедуры банкротства предприятия платят налоги в последнюю очередь: приоритет у кредиторов первой очереди и долги по зарплате сотрудникам. Однако налоговую службу подобное положение вещей не устраивало.

— Такой подход фактически легализует схему уклонения от уплаты налогов, — заявили «Известиям» в пресс-службе ФНС.

Одним из главных действующих лиц в процедуре банкротства является арбитражный управляющий — специалист, который занимается банкротством предприятия от начала и до конца.

 Он является членом одной из саморегулируемых организаций арбитражных управляющих и подконтролен арбитражному суду.

 Когда стартует процедура банкротства, управляющий закрывает все банковские счета должника за исключением одного, на котором и аккумулируются все деньги.

Этот счет подконтролен только арбитражному управляющему. Именно он решает, какие долги нужно заплатить в первую очередь. И далеко не всегда управляющие принимают решение в пользу уплаты налогов.

В ФНС всё же нашли способ мотивировать арбитражных управляющих платить долги по налогам: служба взыскивает с арбитражных управляющих всю сумму задолженности, а также может оштрафовать и банк, в котором открыты счета должника. Штраф может составлять до 30% от общей суммы задолженности, сообщили «Известиям» в пресс-службе ФНС.

— Подается жалоба на недобросовестные действия арбитражного управляющего с целью взыскания с него убытков. Соответствующая кредитная организация привлекается к ответственности в виде штрафа. При этом с такой кредитной организации также могут быть взысканы и убытки, которые были причинены бюджету на сумму неуплаченных должником налогов, — подчеркнули в ФНС.

В случае неуплаты налогов могут быть оспорены и сделки должника с контрагентами, предупредили в налоговой службе. Благодаря этим мерам в январе-мае ФНС получила на 57,4% больше платежей от предприятий-банкротов — 16,2 млрд рублей против 10,29 млрд рублей годом ранее.

Юрист юридической компании «Мосты» Анна Захарова отметила, что банк может быть оштрафован только до начала процедуры банкротства или на самой ранней ее стадии. Потом это уже исключено, поскольку счетом в банке распоряжается только управляющий.

— Арбитражный управляющий должен соблюдать баланс интересов кредиторов и должника.

Однако закон о банкротстве юрлиц имеет пробелы, которые позволяют недобросовестным должникам и арбитражным управляющим, формально действующим в рамках закона, злоупотреблять правами.

ФНС может написать на арбитражного управляющего жалобу в арбитражный суд или в СРО, в которой он зарегистрирован, и таким образом взыскать с него задолженность, — рассказала «Известиям» Анна Захарова.

Замначальника отдела аналитических исследований Института комплексных стратегических исследований Вера Кононова подчеркнула, что за последние годы практика работы ФНС в отношении банкротства существенно изменилась.

— Распространяется практика взыскания налогов с бенефициаров организации-должника — руководителей и собственников. Также участилась практика заключения мировых соглашений, предусматривающих поэтапное погашение задолженности вместо банкротства, — рассказала «Известиям» Вера Кононова.

По ее словам, эти процессы, с одной стороны, указывают на создание условий для повышения налоговой дисциплины.

— Но не нужно забывать, что наша налоговая система и так налагает высокую нагрузку на организации в части выплат и отчетности по ним, — заявила эксперт.

Как ранее поясняли «Известиям» в ФНС, характерным примером злоупотреблений можно назвать случай с «дочкой» признанного банкротом Пробизнесбанка.

 Бенефициары банка в прошлом году добились включения своих требований почти на 2 млрд рублей в третью очередь реестра кредиторов.

В этом споре недобросовестный иностранный акционер без реальных оснований пытался приобрести статус кредитора, чтобы получить возможность контроля за процедурой банкротства должника, которым он сам же неэффективно управлял.

Ответственность руководителя за необращение с заявлением о банкротстве

Инспекция федеральной налоговой службы по Кургану выявила задолженность ООО «ЖЭУ №1» перед государственным бюджетом: общество задолжало по обязательным платежам на сумму более 6 млн. руб. Так как организация не производила платежи уже три месяца, инспекция пришла к выводу о наличии признаков банкротства.

Орган контроля обратился к генеральному директору с требованием оплатить образовавшуюся задолженность либо направить в арбитражный суд заявление о признании банкротом. Так как руководитель не выполнил требования (ст. 9 ФЗ «О несостоятельности»), налоговый орган усмотрел в его бездействии признаки административного правонарушения по части 5.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Так как это было не первое нарушение руководителя, орган контроля обратился в арбитражный суд.

Инспекция потребовала привлечь гендиректора к административной ответственности (дело № А34 – 17095/2019)

Руководитель общества не согласился с заявленными требованиями. В обоснование своей позиции указал, что с зимы 2019 года не являлся учредителем юридического лица и решение о создании общества не принимал. 

Все три инстанции удовлетворили иск и дисквалифицировали директора на шесть месяцев. Суды сошлись во мнении о наличии в бездействии руководителя состава административного правонарушения:

  • организация соответствовала признакам несостоятельности: сумма задолженности превышала 300 тыс. руб., а срок неисполнения превышал три месяца (ст. 3 и ст. 9 ФЗ «О несостоятельности»);
  • гендиректор не оспаривал наличие задолженности. При этом он и не указал препятствий по оплате обязательных платежей;
  • инспекция уже привлекала руководителя к административной ответственности за неподачу заявления о признании общества банкротом;
  • утрата статуса должностного лица не препятствует привлечению к административной ответственности.

Вышестоящий суд посчитал требования истца обоснованными

Верховный суд РФ поддержал выводы нижестоящих инстанций и отказал в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в Судебную коллегию по экономическим спорам (Определение от 01.02.2021 г.

№ 309-ЭС20 – 22945):«с учётом того, что генеральный директор совершил противоправное бездействие в период, когда он считался подвергнутым административному наказанию за совершение однородного правонарушения, то есть повторно не исполнил обязанности руководителя, суды правомерно признали в его бездействии наличие состава правонарушения, предусмотренного частью 5.1 статьи 14.13 КоАП РФ».

О некоторых вопросах привлечения к административной ответственности арбитражного управляющего

В своей практике арбитражные суды зачастую сталкиваются с многочисленными проблемами при привлечении к административной ответственности арбитражных управляющих.

Читайте также:  Требовать компенсацию за волокиту при обжаловании действий следователя нельзя

Главным образом это обусловлено тем, что в административном праве детально не разработаны многие теоретические вопросы привлечения лица к административно-правовой ответственности, решение которых имеет важные практические последствия.

Значительно более детально общие вопросы привлечения к публично-правовой ответственности разработаны в науке уголовного права. Представляется возможным использовать некоторые теоретические разработки данной науки в административном праве.

Напомним, что статьей 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ) Кодекс об административных правонарушениях Статья 14.13 предусмотрена ответственность за неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния.

Ниже рассмотрены некоторые наиболее актуальные вопросы, с которыми сталкиваются суды при привлечении к ответственности арбитражных управляющих. При обширности практики арбитражных судов по данному вопросу эта практика зачастую носит противоречивый характер.

  • Вопросы изложены ниже в соответствии со стадиями развития производства по делу об административном правонарушении: от составления протокола по делу до вынесения решения суда.
  • Надлежащее извещение при составлении протокола
  • об административном правонарушении

На этапе возбуждения дела об административном правонарушении составляется протокол об административном правонарушении. При этом статьей 28.2 КоАП РФ Кодекс об административных правонарушениях Статья 28.

2 предусмотрены определенные гарантии для лица, в отношении которого составляется протокол об административном правонарушении .

Одной из таких гарантий является положение о том, что протокол об административном правонарушении может быть составлен в отсутствие лица только в том случае, если оно было извещено о времени и месте составления протокола в установленном порядке (пункт 4.1 статьи 28.2 КоАП РФ).

———————————

Арбитражный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов. Изд. 3-е, испр. и доп. / Под ред. М.К. Треушникова. М., 2007. С. 201.

Надлежащее извещение стороны спора о составлении протокола обеспечивает равноправие и состязательность сторон в рамках производства по административному правонарушению (статьи 8 Арбитражный процессуальный кодекс Статья 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный процессуальный кодекс Статья 9 (далее — АПК РФ)) .

———————————

Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. проф. В.В. Яркова. М., 2004. С. 300.

Однако в настоящее время не установлен законодательно порядок извещения лица, в отношении которого ведется производство по административному правонарушению, при составлении протокола.

Учитывая, что срок, в течение которого лицо может быть привлечено к административной ответственности, составляет по общему правилу 2 месяца (статья 4.

5 КоАП РФ), по данным делам извещение по почте будет в большинстве случаев приводить к пропуску данных сроков.

Представляется, что в данном случае необходимо руководствоваться разъяснениями, данными Пленумом ВАС РФ об извещении лиц, участвующих в деле, о привлечении лица к административной ответственности.

Так, согласно пункту 2 Постановления Пленума ВАС РФ N 10 , принимая во внимание сокращенные сроки рассмотрения дел об административных правонарушениях, установленные частью 1 статьи 205 Арбитражный процессуальный кодекс Статья 205 и частью 1 статьи 210 АПК РФ Арбитражный процессуальный кодекс Статья 210 , и невозможность в связи с этим извещения участников арбитражного процесса о времени и месте судебного заседания не позднее чем за пятнадцать дней до его начала, судам при наличии соответствующих сведений об участниках арбитражного процесса следует руководствоваться частью 3 статьи 121 АПК РФ Арбитражный процессуальный кодекс Статья 121 . Данная статья позволяет в случаях, не терпящих отлагательства, известить или вызвать лиц, участвующих в деле, и иных участников арбитражного процесса телефонограммой, телеграммой, по факсимильной связи или электронной почте либо с использовани

ем иных средств связи. Необходимые для уведомления контактные телефоны лица, привлекаемого к административной ответственности, могут содержаться в заявлении и приложенных к нему материалах.

Кс исключил двойную ответственность руководителя должника за непередачу документов временному управляющему

ЧАСТЬ 1. КТО ВПРАВЕ ПОДАВАТЬ ЖАЛОБЫ НА ДЕЙСТВИЯ АРБИТРАЖНОГО УПРАВЛЯЮЩЕГО. ПОЛНОМОЧИЯ ОРГАНА ПО КОНТРОЛЮ (НАДЗОРУ).

Административное производство по ст. 14.13 в отношении Арбитражного управляющего возбуждается по правилам ст. 28.1 Кодекса об Административных нарушениях.

  • Как показывает практика основных поводов для возбуждения административного дела в отношении Арбитражного управляющего два:
  • — непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения;
  • — заявления лиц, участвующих в деле о банкротстве, и лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, органов управления должника — юридического лица, саморегулируемой организации арбитражных управляющих, содержащие достаточные данные, указывающие на наличие события административного правонарушения.

Однако, нередки случаи проверки деятельности арбитражного управляющего по заявлению лица, немеющего никакого отношения к делу о банкротстве, в котором назначен данный арбитражный управляющий.

При таких обстоятельства контролирующий орган обращается к Закону «Об обращениях граждан» и приводит доводы о том, что он, как орган Правительства Российской Федерации, не вправе не реагировать на обращения граждан, при этом оправданием возбуждения административного дела без надлежащего обращения лица, участвующего в деле о банкротстве по правилам пункта 1.1 ст. 28.1 является отсылка в п. 1 указанной статьи, а именно — непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 28.

1 КоАП РФ поводами к возбуждению дела об административном правонарушении являются сообщения и заявления физических и юридических лиц, а также сообщения в средствах массовой информации, содержащие данные, указывающие на наличие события административного правонарушения. (Постановление Верховного Суда РФ от 17.08.2015 N 305-АД15-6786 по делу N А40-117929/2014)

В силу п. 3 ч. 1 ст. 28.

1 КоАП РФ поводами к возбуждению дела об административном правонарушении являются сообщения и заявления физических и юридических лиц, а также сообщения в средствах массовой информации, содержащие данные, указывающие на наличие события административного правонарушения (за исключением административных правонарушений, предусмотренных ч. 2 ст. 5.27 и ст. 14.52 настоящего Кодекса. (Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2016 N 17АП-13047/2016-АКу по делу N А71-6759/2016) Выходит так, что любой зашедший на сайт https://bankrot.fedresurs.ru/ может, получив информацию о назначенном арбитражном управляющем, может написать на него жалобу, и эта жалоба в силу п. 3 ч. 1 ст. 28 КоАП РФ будет рассмотрена и по этой жалобе будет возбуждено Административное производство.

В большинстве случаев, при проведении проверки деятельности Арбитражного управляющего в рамках возбужденного Административного производства по жалобе, контролирующий орган запрашивает документы, совершенно не относящиеся к фактам, указанным в жалобе и таким образом получает возможность привлечения арбитражного управляющего к ответственности по факту обнаружения.

Здесь возникает вопрос, правомерны ли действия контролирующего органа выходить за рамки жалобы и затребовать документы, не относящиеся к фактам, указанным в жалобе. Административный кодекс не дает ответа на данный вопрос.

По аналогии с процедурами проверки по другим административным составам, контролирующие органы проверяют предприятия и индивидуальных предпринимателей по фактам жалобы, иных документов по всей деятельности юридического лица или индивидуального предпринимателя не запрашивается, и только если при выезде на место совершения административного правонарушения (место нахождения юридического лица и индивидуального предпринимателя) будет выявлено иное нарушение правил определенной деятельности, не указанное в жалобе может последовать административное расследование по факту обнаружения. А вот в случае с Арбитражным управляющим контролирующий орган запрашивает всю документацию по деятельности Арбитражного управляющего в отношении определенного должника. Получается, что Арбитражный управляющий, совершенно не защищен от дополнительных проверок, не связанных с «законными» жалобами лиц, участвующих деле о банкротстве.

Интересно рассмотреть историю развития законодательства в части развития ст. 28.1 КоАП РФ.

До июля 2007г. ст. 28 КоАП содержала только пункты 1,2,3,4,5.

Федеральным законом от 24.07.2007 N 210-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» часть 1 ст. 28 КоАП РФ была дополнена пунктом 1.1 следующего содержания:

Поводами к возбуждению дел об административных правонарушениях, предусмотренных статьями 14.12, 14.13, 14.

23 настоящего Кодекса, являются поводы, указанные в пунктах 1 и 2 части 1 настоящей статьи, а также сообщения и заявления собственника имущества унитарного предприятия, органов управления юридического лица, арбитражного управляющего, а при рассмотрении дела о банкротстве — собрания (комитета) кредиторов.

  1. Выходило так, что с июля 2007г. поводами для возбуждения административного дела по указанным статьям являлись:
  2. 1) непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения;
  3. 2) поступившие из правоохранительных органов, а также из других государственных органов, органов местного самоуправления, от общественных объединений материалы, содержащие данные, указывающие на наличие события административного правонарушения;
  4. 3) сообщения и заявления собственника имущества унитарного предприятия, органов управления юридического лица, арбитражного управляющего, а при рассмотрении дела о банкротстве — собрания (комитета) кредиторов.

Т.е. контролирующим органом принималось к рассмотрению заявление о нарушении арбитражным управляющим норм законодательства о банкротстве только подписанное особым лицом – сотрудником государственного органа или представителем собрания (комитета) кредиторов.

  Ответственность за неправомерные действия при банкротстве

Просто конкурсные кредиторы были не вправе жаловаться на действия арбитражного управляющего. Но это совершенно не означало, что конкурсные кредиторы не имели защиты при нарушении их прав и законных интересов.

Читайте также:  Имеет ли право банк требовать дополнительно пени, неустойку после того как дело было передано в суд и полностью погашено?

Они могли подать свою жалобу (претензию) на рассмотрение собрания (комитета) кредиторов или в правоохранительные и иные уполномоченные органы, которые по результатам рассмотрения жалобы (претензии) могли реагировать направлением соответствующего сообщения в контролирующий орган.

Сам же контролирующий орган не имел права возбуждать административное дело по жалобе конкурсного кредитора, но при этом он имел возможность, самостоятельно выявив нарушение в деятельности арбитражного управляющего, возбуждать административные дела и составлять протоколы об административных правонарушениях.

Переломным моментом в данной практике стало Определение Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2013 г. N 15652/12. Высшая инстанция суда указала, что «Из анализа положений статьи 28.

1 КоАП РФ следует, что перечень поводов для возбуждения в отношении арбитражного управляющего дела об административном правонарушении является исчерпывающим, заявление конкурсного кредитора не может быть отнесено к числу таких поводов.

Актуальные вопросы привлечения к субсидиарной ответственности за нарушение налогового законодательства

Новоселова М.А.

Настоящая статья призвана осветить некоторые актуальные вопросы привлечения к субсидиарной ответственности за нарушение налогового законодательства. При этом в данной работе автор обращается к теоретическому осмыслению указанной проблематики, а затем рассматривает ряд ее практических аспектов.

Итак, изменения, происходящие в последние годы в российской системе налогового администрирования, призваны повысить ее адаптационные возможности к условиям, которые диктует современная рыночная экономика, а также повысить эффективность этой системы, уровень которой позволит ей весьма успешно конкурировать по данному критерию с другими странами.

Такие изменения направлены на снятие «номинальных» оболочек с физических и юридических лиц, по ряду формальных признаков относимых к выгодоприобретателям по конкретным хозяйственным операциям либо в целом по результатам ведения бизнеса, но в действительности таковыми не являющихся.

В процессе подобного реформирования действующего российского законодательства, насколько можно судить, происходит практическая реализация концепции бенефициарного собственника[1].

В российском налоговом праве такая концепция получила активное развитие, в частности, благодаря последней редакции ст. 7 НК РФ.

В свете использования указанной редакции значительным образом повышается эффективность действия системы налогового администрирования благодаря появлению возможности сорвать с номинальных лиц их формальные оболочки в процессе поиска реального бенефициара в отношении полученных доходов.

Использование концепции бенифициарного собственника, получающей свое дальнейшее развитие в национальной правовой системе России, на базе законодательства о банкротстве позволяет привлечь к субсидиарной ответственности лицо, являющееся по каким-либо основаниям выгодоприобретателем в результате реализации фактически сложившейся бизнес-модели. Таким образом, на наших глазах происходит поэтапная концептуализация бенефициарной модели права. Теперь ответственность, в частности, не останавливается в «корпоративных границах», а настигает физических лиц, которые своими действиями способствовали банкротству организации. На наш взгляд, такое стало возможным благодаря самоустранению законодателя от формального подхода и использованию им тех широчайших возможностей, которые может предоставить использование юридической наукой и практикой мультидисциплинарного методологического инструментария. Ведь, насколько можно судить, именно междисциплинарный подход лежит в основе концепции бенефициарного собственника.

Таким образом, происходящие с недавнего времени изменения российского законодательства, в том числе налогового, направлены на постепенную ликвидацию исключительно формального подхода к применению права и его модификацию в соответствии со сложившимися реалиями и существующими в современном мире моделями и схемами ведения предпринимательской деятельности.

При этом постепенно устраняется возможность физических лиц избежать ответственности, скрываясь «за вуалью» юридического лица. Ведь управляет таким коллективным субъектом — корпоративной бизнес-куклой — всегда человек. Хотя подобные нововведения, с точки зрения вопроса о постепенном искоренении формализма в привлечении к ответственности, носят двоякий характер.

Далее указанный довод будет рассмотрен более подробно.

Обращаясь к проблеме привлечения к субсидиарной ответственности за нарушения налогового законодательства, необходимо отметить следующее.

Новеллы налогового законодательства значительным образом расширяют возможности налоговых органов по взысканию налоговой задолженности с лиц, действия которых фактически привели к невозможности такого взыскания непосредственно с налогоплательщика.

Так, редакция абз. 8 подп. 2 п. 2 ст. 45 НК РФ, действующая с осени 2016 г., в отличие от предыдущих редакций, позволяет налоговым органам производить взыскание как с юридических, так и с физических лиц, являющихся, в сущности, контролирующими лицами организации-налогоплательщика.

При этом такой порядок взыскания применяется для ситуаций, когда налоговыми органами установлено и доказано, что данное лицо и налогоплательщик являются взаимозависимыми, а также этому лицу от последнего перечислялась выручка за реализованные товары (работы, услуги), осуществлялась передача денежных средств, иного имущества.

Почти сразу после внесения в НК РФ обозначенных поправок ФНС России направила письмо, в котором приведен обзор судебной арбитражной практики по вопросу реализации налоговыми органами соответствующей нормы ст.

45 НК РФ. В данном письме ФНС России резюмируются выигрышные аргументы и обстоятельства, которые позволяют налоговым органам убедить суд в своей правоте.

Указанные обстоятельства формируют следующую совокупность:

  • 1) задолженность образовалась по итогам проведенной налоговой проверки;
  • 2) задолженность должна числиться за налогоплательщиком более трех месяцев;
  • 3) зависимость организаций установлена в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации, либо организации могут быть признаны судом иным образом зависимыми;
  • 4) зависимое лицо перезаключило договоры с контрагентами налогоплательщика;
  • 5) зависимое с обществом лицо получает выручку либо иное имущество, которое принадлежит налогоплательщику. Причем для целей применения указанной нормы не имеет значения, была ли передача имущества возмездной или безвозмездной;
  • 6) тождественность у налогоплательщика и зависимого лица фактических адресов, контактных телефонов, информационных сайтов, видов деятельности;
  • 7) переход сотрудников от налогоплательщика к зависимому лицу;
  • 8) отсутствие возможности налогоплательщика самостоятельно погасить образовавшуюся задолженность.

При этом следует отметить, что сама по себе передача права на получение доходов от деятельности налогоплательщика другому лицу не является достаточным основанием для взыскания налоговой задолженности. Для того чтобы данный аргумент сыграл в пользу налоговых органов, им необходимо показать отсутствие при такой передаче цели делового характера, а также искусственный характер передачи бизнеса[2].

Однако возможности налоговых органов по взысканию недоимки компании с зависимого лица не ограничиваются указанными рамками применения налогового закона.

Внесение летом 2017 г. поправок в Федеральный закон от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон N 127-ФЗ) привело к появлению в данном Законе отдельной главы III.2, призванной сформировать и несколько обособить последовательный механизм привлечения к субсидиарной ответственности так называемого контролирующего должника лица.

Под таковым, в соответствии с положениями ст. 61.10 Закона N 127-ФЗ, понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Именно такое контролирующее лицо в случае, если его действия или бездействие повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов, будет привлечено к субсидиарной ответственности по действующим в Законе основаниям.

Иными словами, в целях привлечения лица к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов необходимо доказать 2 факта: 1) что указанное лицо является контролирующим должника лицом, 2) что именно его действия (бездействие) привели к невозможности погашения требований по уплате причитающейся задолженности. Причем отсутствие вины, как теперь прямо указано в п. 10 ст. 61.11, должен доказывать субсидиарный ответчик.

Важно отметить, что перечень общих оснований для признания лица контролирующим в сравнении с ранними редакциями Закона N 127-ФЗ значительным образом расширен. Указанного значительного масштабирования оснований законодателю удалось достичь благодаря всего лишь одной формулировке, заключенной в п. 5 ст. 61.

10 Закона N 127-ФЗ. А именно согласно данному пункту арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям. Некоторая детализация данных положений содержится в письме ФНС России от 16 августа 2017 г.

N СА-4-18/16148@, в котором разъяснено применение налоговыми органами положений соответствующей главы Закона N 127-ФЗ.

Так, в качестве упомянутых оснований могут служить, например, любые неформальные личные отношения, в том числе установленные оперативно-розыскными мероприятиями, например совместное проживание, длительная совместная служебная деятельность, совместное обучение и т.п.

Примечательно, что если ранее субсидиарная ответственность предусматривалась за доведение до банкротства, то после внесения изменений она предусмотрена за невозможность полного погашения требований кредиторов, в связи с чем заявление о привлечении к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве[3].

Формирование налоговыми органами доказательственной базы в отношении своих требований по привлечению к субсидиарной ответственности за непогашенные требования по уплате обязательных платежей, безусловно, обладает своей спецификой, однако, насколько можно судить, одновременно может рассматриваться как частный случай процесса доказывания налоговыми органами факта взаимозависимости должника и лица, которое, по мнению налоговых органов, является контролирующим. В указанном процессе законодатель обеспечил налоговые органы двумя группами опровержимых презумпций, перечень которых между тем был расширен. К слову сказать, наличие данных презумпций позволяет нам говорить о том, что в бочке практико-ориентированных новелл российского законодательства все же существует отнюдь не маленькая ложка формализма.

  1. Первая группа презумпций устанавливает перечень обстоятельств, по которым следует признать лицо контролирующим. К таким обстоятельствам относят следующие:
  2. 1) лицо являлось руководителем должника или его управляющей организации, членом исполнительного органа, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *