Ч. 4 ст. 111 УК РФ 8 лет строгого режима Кировский районный суд от 17.06.2015 года, апелляционная инстанция оставила без изменения, кассацию пока не писали. На этом этапе возможно ли что то изменить?

15.02.2021
 23066

Ч. 4 ст. 111 УК РФ 8 лет строгого режима Кировский районный суд от 17.06.2015 года, апелляционная инстанция оставила без изменения, кассацию пока не писали. На этом этапе возможно ли что то изменить?Шестой кассационный суд общей юрисдикции. 6kas.sudrf.ru

Суд кассационной инстанции в своем решении обязан перечислить доводы всех лиц, подавших жалобы на приговор. Их отсутствие является существенным нарушением закона и влечет отмену определения, указал Верховный суд РФ.

С жалобой на приговор обратился Евгений Сыроватко. В ноябре 2019 года Гайский городской суд Оренбургской области приговорил его к 9 годам колонии строгого режима и штрафу в 14 млн рублей за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности и повлекших смерть трех человек (ч. 3 ст. 238 УК), и дачу взятки в крупном размере (ч. 4 ст. 291 УК РФ).

В феврале 2020 года апелляционная инстанция изменила приговор, признав смягчающим обстоятельством оказание Сыроватко благотворительной помощи. Срок был уменьшен до 6 лет, а штраф — до 7 млн рублей. 

Тогда осужденный и его адвокаты подали новую жалобу, которую предстояло рассмотреть Шестому кассационному СОЮ (Самара).

Они заявили о необоснованном отклонении судом доводов стороны защиты, о недоказанности факта смерти потерпевших от воздействия окиси углерода в результате посещения ими сауны с якобы неисправным газовым оборудованием, а также об иных причинах смерти и причастности к этому других лиц. 

Авторы жалоб утверждали, что переданные следователю деньги предназначались для компенсации вреда потерпевшим и лишь в результате его махинаций стали якобы предметом взятки. А суд эти доводы стороны защиты якобы не опроверг. 

В итоге кассация отказала в удовлетворении жалобы. Но, по словам адвокатов, суд оставил без оценки доводы жалобы самого Сыроватко, не отразил их в определении, не привел содержание и не принял по ним никакого решения. ВС РФ заявил о незаконности такого решения.

«Согласно п. 6 ч. 3 ст. 389.

28 УПК РФ, в апелляционном определении, помимо иных необходимых данных, указывается краткое изложение доводов лица, подавшего апелляционные жалобу или представление, а также возражений других лиц, участвовавших в заседании суда апелляционной инстанции, мотивы принятого решения, решение суда апелляционной инстанции по апелляционным жалобам или представлению», — напомнили в ВС.

Так, в определении суда кассационной инстанции в обязательном порядке подлежат указанию доводы кассационных жалоб всех лиц, их подавших, мотивированные ответы на них и решение суда по всем жалобам.

Но Шестой кассационный СОЮ попросту «забыл» про жалобы обвиняемого. В протоколе судебного заседания есть лишь доводы прокурора, из которых следует, что стороной обвинения давалась оценка доводам жалобы Сыроватко.

Такое решение нельзя признать законным, указал ВС.

«Отсутствие в определении суда кассационной инстанции доводов кассационной жалобы одного из лиц, ее подавших, отсутствие оценки доводам и решения по жалобе является существенным нарушением вышеуказанных требований уголовно-процессуального закона, повлияло на законность определения, в связи с чем, оно подлежит отмене, а дело — направлению на новое кассационное рассмотрение в тот же суд в ином составе», — говорится в решении.

Дело направлено на новое рассмотрение.

Ранее председатель Верховного суда РФ Вячеслав Лебедев заявлял, что в стране увеличивается количество удовлетворенных жалоб в связи с введением института сплошной кассации. По его словам, «эффективно выявлять судебные ошибки позволяет процедура сплошной кассации, согласно которой жалобы в судебном заседании рассматриваются с приглашением сторон».

Суд кассационной инстанции направил дело на новое рассмотрение. Как отменить постановление в Верховном суде?

Я давно планирую написать цикл статей о рассмотрении дел в суде кассационной инстанции, потому что в кассационной инстанции правит право, а не факты. Мне, как и большинству юристов, значительно интереснее работать с правом. 

В рамках данной статьи я рассмотрел очень узкий процессуальный вопрос – судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение. Есть ли шанс отменить постановление кассационной инстанции в верховном суде? Да, есть. 

Но сразу следует оговориться, что опыт ведения Telegram-канала и профессиональный опыт показывают, что в 90% случаев верховный суд отменяет судебные акты по материально-правовым основаниям, т.е.

именно неверное применение норм материального права.

Все приведенные в настоящей статье примеры в 90% случаев будут являться лишь дополнением к основным доводам и вряд ли будут являться прямыми основаниями для отмены постановления. 

Всего я выявил 4 процессуальных основания для отмены судебного акта кассационной инстанции, направившей дело на новое рассмотрение. 

Выход за пределы полномочий

Как указал Конституционный суд, ст.ст.

286-288 АПК РФ предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела, равно как и пересматривать выводы нижестоящих судов касательно исследованных доказательств, поскольку иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и апелляционной инстанций (Определение Конституционного суда от № 274-О от 17.02.2015).

  • Как правило, выход за пределы полномочий выражается в:
  •        —           Переоценке установленных нижестоящими судами фактов;
  •        —           Установлении новых фактов.
  1. В одном из дел суд округа проверил законность и обоснованность судебного акта по делу, на который кассационная жалоба не подавалась, и, более того, направил его на новое рассмотрение. Верховный суд, отменяя постановление отметил, что принятая к производству судебная жалоба на другое постановление по существу не рассмотрена, а суд кассационной инстанции в силу своих полномочий проверяет законность только тех судебных актов судов нижестоящих инстанций, которые непосредственно обжалованы, поэтому кассационная жалоба подлежит удовлетворению (Определение СКЭС от 17.08.2018 по делу № А18-349/2015)​​.
  2. В другом деле суд округа отменил судебные акты нижестоящих инстанций, которыми признано недействительным соглашение о зачете, совершенное с аффилированным контрагентом в пределах полугодового срока до возбуждения дела о банкротстве. Направляя на новое рассмотрение суд отметил, что суды не проверили доводы общества о возможности оспаривания договора о зачете только по основаниям, установленным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также о совершении зачета в процессе обычной хозяйственной деятельности. Отменяя постановление окружного суда, Верховный суд указал, что погашение обязательств путем зачета не предполагает предоставления какого-либо встречного исполнения, а суд округа переоценил доказательства, имеющиеся в материалах дела, и тем самым вышел за пределы своих полномочий (Определение СКЭС от 17.08.2018 по делу № А18-349/2015). 
  3. Направляя дело на новое рассмотрение суд кассационной инстанции установил нелегитимность протокола общего собрания собственников жилых помещений, указав, что помимо собственников в собраниях участвовали дольщики. Отменяя указанное постановление Верховный суд отметил, что суд кассационной инстанции вышел за пределы своих полномочий, установив нелегитимность протоколов общего собрания собственников, что не предусмотрено законом (Определение СКЭС от 15.09.2017 по делу № А56-2498/2016).

Часть 1 ст.286 АПК устанавливает пределы рассмотрения жалоб и ограничивает их доводами кассационной жалобы. Доводы кассационной жалобы должны относиться к заявленным в рамках рассматриваемого дела требованиям. В данном же деле суд округа признал незаконным протокол общего собрания, т.е. по сути вообще вышел за рамки рассматриваемого спора, что, очевидно, противоречит закону.

  1. Суд кассационной инстанции не согласился с выводами нижестоящих инстанций и направил дело на новое рассмотрение, попутно указав, что в материалах дела содержится уведомление, которое подтверждает расторжение договора, тем самым по своей инициативе установил факт расторжения договора. Верховный суд не согласился с этим и счел данное действие превышением полномочий (Определение СКЭС от 21.08.2017 по делу № А40-229083/2015). 
  2. Суд округа, направив дело на новое рассмотрение, дал указал суду первой инстанции на необходимость при новом рассмотрении повторно установить уже установленные ранее обстоятельства на основе иной, нежели при первоначальном рассмотрении дела, оценки тех же доказательств, которые представлены в материалы дела и являлись предметом рассмотрения судов. Верховный суд отменил постановление, указав, что данное нарушение является существенным (Определение СКЭС от 16.02.2017 по делу № А56-76223/2014). 

Самым часто применяемым основанием для отмены постановления кассационный инстанции, как раз, является превышение полномочий. Хочется отметить, что довольно часто суды кассационной инстанции выходят за пределы, но, во-первых, в Верховный суд жалуются не все, во-вторых, не заявляют данный довод. А он при должной подаче может сыграть ключевую роль. 

Направление на новое рассмотрение ставит стороны в неравное положение

Очень часто по завершении рассмотрения спора в суде первой инстанции проигравшая сторона пытается приобщить новые доказательства в суде апелляционной инстанции. Суд апелляционной инстанции часто отказывает в удовлетворении указанного ходатайства на основании ч.2 ст.268 АПК.   

На новом рассмотрении в соответствии со ст.41 АПК стороны вновь вправе приводить свои доводы по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам и представлять доказательства.

Поскольку российское процессуальное законодательство не предусматривает раскрытие всех доказательств до начала процесса, фактически направление дела на новое рассмотрение дает возможность представить доказательства, которые стороны получили во время рассмотрения дела в апелляционной и кассационной инстанциях (практика показывает, что за это время стороны могут нарисовать очень много «доказательств»).

Кассационная жалоба на приговор в части назначения наказания (практика Второго кассационного суда общей юрисдикции)

С 1 октября 2019 года заработали новые кассационные суды. Это изменило и порядок подачи кассационных жалоб, и подходы в судебной практике. То, что раньше могло «консервироваться» президиумами региональных судов, стало проявляться в новых экстерриториальных кассационных судах.

Например, появились очень интересные отмены приговоров в связи с незаконным составом суда или изменение квалификации с оконченного состава преступления на покушение (в частности, по действиям «закладчиков» по ст.228.1 УК РФ) с последующим снижением наказания.

Кассационная жалоба на приговор в связи с неправильно назначенным наказанием – самый простой тип кассационной жалобы, который, тем не менее, важно правильно составлять и подавать. Имея успешный опыт кассационного обжалования, я ранее уже давал общие рекомендации по составлению кассационных жалоб.

Рассмотрим применение некоторых из этих рекомендаций для обжалования чрезмерно сурового наказания.

Во-первых, не пишите длинные кассационные жалобы, расписывая в них вообще всё – от действительно значимых нарушений до процессуальных недочётов. Это загромождает жалобу.

В результате становится не только сложно её читать, но и проще отклонить – судья «отбивает» сначала все слабые доводы, хорошо их расписывает, тем самым «забалтывая» сильные доводы жалобы.

Если жалоба составляется на чрезмерно суровый приговор – указывайте только доводы, относящиеся к наказанию. Не надо излагать в жалобе то, что не относится к нарушению правил назначения наказания.

В-вторых, кассационная жалоба имеет шансы на успех только тогда, когда в ней расписаны конкретные нарушения правил назначения наказания, а не общие субъективные представления осуждённого о суровости наказания, которые расходятся с тем, что написано в приговоре.

Поэтому важно писать не общие слова о несправедливости и чрезмерной суровости наказания, а акцентировать внимание судов на конкретные нарушения (например, в деле есть явка с повинной – суд её не учёл; нарушены «правила о дробях» и как именно они нарушены и т.п.).

В-третьих, обжалование приговоров, вынесенных в особом порядке, имеет свои особенности. Однако эти особенности не мешают обжаловать такие приговоры в части наказания  – даже в случае, если они не обжаловались в апелляционном порядке.

Кроме того, в отдельных случаях можно «процессуализировать» некоторые нарушения, допущенные судом при описании в приговоре деяния и его правовой квалификации.

Об этом не все знают, но судебная практика отмены приговоров по таким основаниям имеется.

В-четвёртых, если приговор обжалован уже во всех инстанциях – подавать кассационную жалобу можно только по тем доводам, которые ранее не заявлялись (ст.401.17 УПК РФ). Подавать повторно аналогичную жалобу,  но за подписью, например, другого адвоката не имеет смысла – об этом я подробно писал здесь.

Таким образом, если суды уже отклонили кассационную жалобу, которая содержала, например, доводы о недоказанности преступления или о том, что действия обвиняемого нужно квалифицировать по более мягкой статье УК РФ, но при этом «просмотрели» нарушения правил назначения наказания – можно подавать кассационную жалобу с указанием именно этих ошибок.

В-пятых, есть несколько тактических способов, которые помогают повысить эффективность кассационных жалоб. Один из таких способов – «лесенка». Он может быть полезен тогда, когда наказание назначается по совокупности приговоров и по каждому из приговоров, вошедших в совокупность, нарушены правила назначения наказания.

Рассмотрим этот способ на примере ситуации, смоделированной на основе реального уголовного дела из практики судов Владимирской области. К последнему приговору (назовём его приговор №2) по совокупности приговоров присоединено наказание по предыдущему приговору (приговор №1).

  При этом судья, назначавший наказание по приговору №1, допустил ошибку – наряду со смягчающими обстоятельствами (явка с повинной, активное способствование расследованию и раскрытию преступления) ошибочно признал единственным отягчающим обстоятельством нахождение человека в состоянии алкогольного опьянения.

Читайте также:  Как сделать чтоб доли у всех учредителей были равные как прописано в уставе?

В результате наличие отягчающего обстоятельства «выключило» применение ч.1 ст.62 УК РФ (снижение верхней планки наказания на 1/3) и наказание получилось завышенным. В апелляции это нарушение «просмотрели».

Позднее другой судья, вынося приговор №2, просто присоединил наказание по приговору №1 к приговору №2, и в свою очередь допустил ошибку при назначении наказания – не признал явкой с повинной объяснения лица, данные до возбуждения уголовного дела.

Суть «лесенки» состоит в том, что при такой ситуации может быть полезно сначала обжаловать приговор №2, ссылаясь только на неучёт судом объяснений в качестве явки с повинной.

Если суд посчитает это нарушением, не обратит внимание на приговор №1 и не будет выходить за рамки доводов жалобы – тогда он признает объяснения в качестве явки с повинной и снизит итоговое наказание по приговору №2, не затрагивая приговор №1.

После этого подаётся кассационная жалоба только на приговор №1 со ссылкой на то, что суд ошибочно признал отягчающим обстоятельством алкогольное опьянение. Если суд посчитает это нарушением – он исключит это отягчающее обстоятельство, применит ч.1 ст.62 УК РФ и снизит наказание.

После этого подаётся ещё одна кассационная жалоба  – снова на приговор №2, в которой указывается на то, что входящий в совокупность приговор №1 был изменён со снижением наказания, а поскольку наказание по приговору №1 входит по ст.

70 УК РФ в итоговое наказание по приговору №2, то итоговое наказание подлежит снижению ещё раз. Таким образом, можно попробовать получить «двойное» смягчение наказания. Важно понимать, что это не универсальный способ и нужно оценивать перспективы его применения в конкретном деле.

Хорошие жалобы получаются тогда, когда автор жалобы знает кассационную практику того суда, в который подаёт жалобу, а также практику других кассационных судов и Верховного Суда РФ. Привожу несколько примеров из практики Второго кассационного суда общей юрисдикции, которые могут оказаться полезны при обжаловании приговоров в части наказания.

Суд первой инстанции безосновательно посчитал, что имеется такое отягчающее обстоятельство как нахождение в состоянии алкогольного опьянения

При описании преступного деяния, признанного судом доказанным, указано, что М. совершил преступление в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в связи с чем обстоятельством, отягчающим наказание М., суд признал совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Вместе с тем суд не указал мотивов, на основании которых сделал вывод о том, что в момент совершения преступления М. находился в состоянии алкогольного опьянения.

Согласно видеозаписи с камер наблюдения незадолго до совершения преступления в руках у М. находилась бутылка, содержимое которой он периодически выпивал.

Однако бутылка с места происшествия не изъята, какая жидкость в ней находилась не установлено. Сам М.

не сообщал, что в момент совершения преступления находился в состоянии алкогольного опьянения, не указывали на это и допрошенные судом свидетели, показания которых приведены в приговоре.

Таким образом, вывод суда о совершении М. преступления в состоянии алкогольного опьянения носит предположительный характер и противоречит положениям ч.4 ст. 14 УПК РФ.

С учетом изложенного указание суда в приговоре, в том числе при описании преступного деяния, о совершении М. преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, и признание данного обстоятельства, отягчающим наказание М., подлежит исключению из приговора, а назначенное М. наказание смягчению (кассационное определение от 04.02.2020 года по делу №77-2/2020).

Суд первой инстанции не учёл, что объяснения могут рассматриваться как явка с повинной, а также не принял во внимание возмещение вреда потерпевшей и активное способствование расследованию и раскрытию преступления

При назначении О. наказания суд не обсудил вопрос о наличии смягчающих наказание обстоятельства, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст.

61 УК РФ, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, явки с повинной. Согласно ст.

142 УПК РФ заявлением о явке с повинной является добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении, которое может быть сделано как в письменном, так и в устном виде.

В объяснении, данном сотруднику полиции 17 июня 2019 года, то есть до возбуждения уголовного дела, когда правоохранительным органам не было известно о преступлении, О. подробно рассказал о совершенной им краже, сообщил, где совершил хищение, у кого, что похитил и как распорядился похищенным. Обстоятельства, сообщенные О., были впоследствии подтверждены при проведении следственных действий.

Согласно закону активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, если лицо предоставило органам дознания и следствия информацию о совершенном с его участием преступлении, ранее им неизвестную. Данные обстоятельства установлены по настоящему делу.

Кроме того, установлено, что похищенные вещи (кошелек-клатч и телефон) возвращены потерпевшей, а также О.

добровольно перечил потерпевшей денежные средства в сумме 3 500 рублей, что подтверждается представленной им суду первой инстанции квитанцией о переводе. В соответствии с п. «к» ч.1 ст.

61 УК РФ добровольное возмещение имущественного ущерба является обстоятельством, смягчающим наказание, которое подлежит обязательному учету при назначении наказания.

На основании изложенного судебная коллегия приходит к выводу о необходимости признать обстоятельствами, смягчающими наказание, явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступления (п. «и» ч. 1 ст.

61 УК РФ), а также добровольное возмещение имущественного ущерба (п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ) и смягчить наказание, назначенное по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ и по совокупности приговоров (кассационное определение от 14.01.

2020 года по делу №77-65/2020).

Суд первой инстанции ошибочно не признал противоправное поведение потерпевшего смягчающим обстоятельством

А. был осуждён по ч.1 ст.105 УК РФ за убийство ФИО. Изменяя приговор, Второй кассационный суд общей юрисдикции указал следующее. Из показаний Г. видно, что ФИО замахивался на А. сумкой. Свидетель Д.

показывал о том, что ФИО в ходе конфликта ругался, его удерживал сотрудник кафе, а затем ФИО направился в ту сторону, куда ушел А., продолжая ругаться. Ещё один свидетель  в суде показал, что ФИО начал первым нецензурно выражаться в адрес А., затем по своей инициативе отправился к машине, в которую сел А.

, где словесный конфликт продолжился. Из показаний ещё одного свидетеля  усматривается, что ФИО нецензурно высказывался в адрес А. Ещё один свидетель также утверждал о нецензурной брани со стороны ФИО в адрес А., а также угрозах последнему ножом. Сведения о нецензурной брани со стороны ФИО в адрес А.

 содержатся также в протоколе осмотра флеш-накопителя с фрагментом аудиозаписи, сделанной на месте происшествия и оглашенной в суде, а также показаниях осужденного.

С учетом изложенного следует прийти к выводу, что в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, следует признать противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления (кассационное определение от 05.02.2020 года по делу №77-92/2020) .

Суд первой инстанции ошибочно не признал возмещение морального вреда потерпевшей смягчающим обстоятельством

Суд первой инстанции, указывая об отсутствии в действиях осужденного Ф. добровольного возмещения вреда потерпевшей А., предусмотренного п. «к» ч.1 ст.

61 УК РФ, ввиду того, что добровольное перечисление им в счет частичной компенсации морального вреда в ходе предварительного следствия не привело к полному заглаживанию вреда, причиненного преступлением, не учел, что ни в ходе предварительного расследования, ни в ходе судебного разбирательства потерпевшей стороной какие-либо требования материального характера к осужденному не предъявлялись, факт добровольного возмещения морального вреда, причиненного в результате преступления, отражен и в обвинительном заключении, а потому вывод суда о частичном возмещении морального вреда не основан на материалах дела. Таким образом, судебная коллегия полагает необходимым признать на основании п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства добровольное возмещение морального вреда потерпевшей (кассационное определение от 27.01.2020 года по делу №77-81/2020).

Суд первой инстанции ошибочно назначил максимально возможное наказание при наличии смягчающих обстоятельств

При назначении наказания суд не усмотрел отягчающих его обстоятельств и признал в качестве смягчающих – наличие на иждивении малолетнего ребёнка, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики по месту жительства и работы, длительное содержание в условиях изоляции от общества. Установив перечисленные обстоятельства, влияющие на наказание, суд, тем не менее, определил Б. наказание по ч. 1 ст. 139 УК РФ в виде исправительных работ по месту работы сроком на один год с удержанием из заработка 10% в доход государства, то есть на максимально строгий срок. Таким образом, смягчающие наказание осужденного обстоятельства фактически не были учтены судом при его определении по ч. 1 ст. 139 УК РФ, срок которого при такой ситуации не отвечает требованию справедливости (кассационное определение от 03.12.2019 года по делу №77-18/2019).

Вс не согласился с апелляцией и кассацией о замене осужденному условного срока реальным

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда вынесла Кассационное определение № 49-УД20-36-К6 по уголовному делу адвоката АП Республики Башкортостан Фарита Хурматуллина, которому апелляция и кассация сочли возможным заменить условный срок лишения свободы реальным.

3 декабря 2019 г. Кировский районный суд г. Уфы вынес Фариту Хурматуллину обвинительный приговор по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, приговорив его к трем годам лишения свободы.

При этом первая инстанция постановила считать назначенное наказание условным с испытательным сроком на три года с учетом характера и степени общественной опасности деяния, влияния назначенного наказания на исправление осужденного, данных о его личности, характеризующейся удовлетворительно, наличия смягчающих обстоятельств (пенсионный возраст, состояние здоровья и имеющиеся на иждивении несовершеннолетние дети).

Впоследствии прокуратура подала апелляционное представление, в котором, помимо прочего, был поставлен вопрос о несправедливости назначенного Хурматуллину наказания вследствие необоснованного применения к нему положений ст. 73 УК РФ.

Гособвинение сочло, что суд не учел существенные обстоятельства совершения преступления и личность осужденного, отсутствие раскаяния и критического отношения подсудимого к содеянному, в связи с чем назначение ему условного наказания является незаконным и чрезмерно мягким.

В дальнейшем Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан согласилась с доводами прокуратуры и изменила приговор, исключив из него ссылку на применение ст. 73 УК при назначении наказания. В связи с этим осужденному было назначено наказание в виде трех лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима, он был взят под стражу в зале суда.

В апелляционном определении отмечалось, что в приговоре не были приведены обстоятельства, на основании которых был сделан вывод о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в виде лишения свободы.

Судебная коллегия ВС РБ сочла, что только реальное лишение свободы будет отвечать целям восстановления социальной справедливости и способствовать исправлению осужденного. В дальнейшем кассация поддержала выводы апелляции.

В кассационной жалобе в Верховный Суд адвокат АП РБ Ольга Ашуркова, защищающая Фарита Хурматуллина, со ссылкой на телефонный разговор между потерпевшей Г. и обвиняемым подчеркнула, что выводы судов о виновности ее подзащитного не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. По словам защитника, Г.

обратилась к Хурматуллину за юридической помощью только при встрече, в ходе которой она сама озвучила сумму гонорара, а адвокат сообщил в ответ, что если она не будет довольна его работой, то он вернет деньги.

Читайте также:  Группа несовершеннолетних пробрались на заброшенный завод, после чего их поймали. что их ожидает?

По мнению Ольги Ашурковой, со стороны ее подзащитного не было никаких разговоров о деньгах, как и упоминания судей районного суда и Верховного Суда Республики Башкортостан, а органы предварительного следствия и суд исказили смысл данного разговора.

Адвокат добавила, что расследование и судебное рассмотрение уголовного дела проведены с обвинительным уклоном, в основу судебного приговора легли материалы оперативно-розыскных мероприятий, проведенные до возбуждения уголовного дела.

Таким образом, подчеркнула Ольга Ашуркова, в отношении ее подзащитного имела место провокация, а оперативно-розыскные мероприятия осуществлялись с нарушением требований ст. 450.1 УПК РФ.

Она также отметила, что в приговоре были искажены события, предшествующие возбуждению уголовного дела, а приведенные свидетельские показания не соответствуют действительности.

Защитник также сочла, что апелляция должна была оправдать ее подзащитного, но вместо этого лишь ужесточила его наказание. В связи с этим адвокат просила ВС отменить судебные акты апелляции и кассации и вернуть уголовное дело на новое рассмотрение во вторую инстанцию.

После изучения материалов уголовного дела Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда сочла, что в нарушение п. 7 ч. 3 ст. 389.

28 УПК РФ апелляция в своем определении не привела убедительных оснований, по которым она иначе оценила характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления и нашла невозможным (с учетом данных о личности осужденного) его исправление без реального отбывания наказания.

При таких обстоятельствах ВС согласился с доводами кассационной жалобы о необоснованности принятых судами апелляционной и кассационной инстанций решений в отношении ее подзащитного в части назначенного ему наказания.

С учетом того что ранее Фариту Хурматуллину назначалась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которую он не нарушал, а далее его приговорили к лишению свободы условно, Суд счел возможным избрать ему прежнюю меру пресечения.

Таким образом, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда отменила судебные акты апелляции и кассации, вернув уголовное дело на новое рассмотрение во вторую инстанцию в ином составе судей.

Адвокат АП Чукотского автономного округа Игорь Кустов положительно оценил кассационное определение ВС. «Можно с оптимизмом относиться к гуманному решению Суда об отмене излишне строгого наказания в виде реального лишения свободы без какой-либо мотивации.

Современные суды применяют наказание в виде лишения свободы без каких-либо обоснований.

Если определение Верховного Суда будет положено в основу судебной практики, это существенно оздоровит судебную систему и потребует от судов глубже относиться к назначению наказания», – предположил он.

Вместе с тем, подчеркнул адвокат, изложенная в кассационном определении позиция защиты указывает на куда более грубые нарушения, допущенные судом при рассмотрении дела.

«При этом Верховный Суд не стал указывать на эти нарушения, оставив их рассмотрение суду апелляционной инстанции.

Хочется надеяться, что справедливость восторжествует и наш коллега восстановит свое доброе имя», – резюмировал Игорь Кустов.

Старший партнер АБ «ЗКС» Андрей Гривцов также позитивно отнесся к судебному акту. «Отрадно, что Верховный Суд обратил внимание на необходимость обоснования судом апелляционной инстанции принятого решения, ухудшающего положение осужденного.

В данном случае такая формулировка фактически приведена не была, суд апелляционной инстанции не объяснил, почему он при тех же самых обстоятельствах иначе оценил возможность исправления осужденного от общества без назначения наказания, связанного с реальным лишением свободы.

Удивительно, что при этой достаточно очевидной с точки зрения закона ситуации защите пришлось дойти до Верховного Суда, а кассационный суд общей юрисдикции такое нарушение проигнорировал.

Возможно, данная ситуация войдет в соответствующий обзор, и судьи будут тщательнее учитывать необходимость мотивировки принимаемых решений, пока с этим зачастую имеются проблемы», – пояснил он.

Вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ Михаил Толчеев отметил, что, не имея возможности комментировать обстоятельства уголовного дела, в котором он не участвует, следует обратить внимание на последовательную позицию, изложенную в определении ВС РФ.

«Являясь проверочной инстанцией, апелляция не вправе изменять решение суда первой инстанции по вопросам, отнесенным законом к его усмотрению, только лишь потому, что ее взгляд отличается от взгляда суда первой инстанции.

Отмена или изменение такого решения требуют четкого и достаточного обоснования, почему суд при вынесении приговора не вправе был принять такое решение и что им нарушены пределы предоставленного усмотрения.

Кроме того, Верховный Суд указывает на необходимость учесть и иные доводы адвоката, настаивающего на вынесении оправдательного приговора. Тем самым высшая судебная инстанция еще раз формирует позицию, согласно которой игнорирование доводов защиты приводит к отмене судебных решений как принятых с нарушением закона», – подчеркнул он.

Редакция «АГ» попыталась связаться с адвокатом Ольгой Ашурковой, однако получить ее комментарий не удалось.

Адвокаты программы «Человек и Закон» – консультации юристов

Кассационный суд, рассмотрев доводы адвокатов, изложенные в дополнении к апелляционной жалобе, отменил приговор в отношении Шираза Аракеляна, осуждённого Суровикинским районным судом Волгоградской области на год и десять месяцев колонии-поселения за автомобильную аварию. Ранее апелляция оставила это решение в силе, но вышестоящая инстанция не разделила мнение коллег и дело вернули на новое рассмотрение.

«Апелляционная инстанция — Волгоградский областной суд — удовлетворила большую часть требований, высказанных в жалобе адвокатов.

Хотя приговор в части наказания и признания вины подзащитного остался без изменений, внесённые в него поправки давали надежду на справедливое решение кассационной инстанции. Итог удовлетворил обратившихся к нам близких Шираза Аракеляна.

Дело направлено в районный суд и будет рассмотрено заново уже другим председательствующим», — говорит юрист, помощник адвоката Андрей Богомолов.

Родственники молодого человека обратились в наш правовой центр, услышав приговор районного суда. Шираз Аракелян был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 УК РФ. По мнению обвинения, осуждённый, управлявший автомобилем отечественного производства, стал виновником аварии, в которой погиб человек, а ещё один получил травмы.

«Приговор первой инстанции в описательно-мотивировочной части скопирован из обвинительного заключения, вплоть до совпадения в последовательности предложений, слов, знаков препинания, а также допущенных орфографических и пунктуационных ошибок.

Выводы суда об установлении фактических обстоятельств деяния заранее предрешены выводами органа предварительного расследования, потому исследование доказательств было лишено какого-либо смысла», — уверен адвокат по уголовным делам Ильдар Фазлеев.

Показания потерпевшего и ряда свидетелей, изложенные в приговоре, не соответствуют содержимому протокола судебного заседания, который был изучен адвокатами.

Например, показания потерпевшего, якобы данные им во время процесса, легли в основу решения суда, но не были записаны секретарём.

Конечно, это может быть следствием чей-то невнимательности, а может, и халатности, но когда решается судьба человека, важна каждая деталь.

«Основанием для отмены или изменения приговора в апелляционном порядке, в соответствии со статьёй 389.17 УПК РФ, является непредоставление подсудимому права на участие в прениях. Как следует из протокола судебного заседания, Аракелян был лишён этой возможности.

Кроме того, при расследовании уголовного дела неоднократно было нарушено его право на защиту. Обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключало возможность постановления судом приговора.

В кассационной инстанции мы добились отмены решения и передачи уголовного дела на новое судебное разбирательство», — поясняет адвокат ао уголовным делам Ильдар Фазлеев.

Удовлетворение апелляционной жалобы защиты и отмена приговора по ч. 4 ст.111 УК РФ

В исключительно интересном уголовном деле в качестве адвоката мне довелось поучаствовать. 

Уголовное дело было возбуждено по ч.4 ст. 111 УК РФ и расследовалось в Следственном комитете. События преступления произошли еще в 2008 году, и уголовное дело было приостановлено в связи с розыском лица, подозреваемого в совершении преступления.

Данное лицо, а в последствии, мой подзащитный, на самом деле никуда не скрывался и продолжал спокойно проживать по месту жительства. В ноябре 2017 года в результате дорожно-транспортного происшествия с участием моего подзащитного всплыла информация о нахождении его в розыске, и он был задержан.  

В день фактического задержания родственники подозреваемого заключили со мной соглашение, о чем я незамедлительно сообщил следователю по телефону и выехал к месту проведения следственных действий. 

Наличие адвоката по соглашению явно не обрадовало следователя и он решил не дожидаться моего приезда.  Срочно вызвав знакомого адвоката и вынеся постановление о его назначении в качестве защитника в порядке ст. 51 УПК РФ,  следователь поспешил в СИЗО для первого допроса моего подзащитного. 

Естественно, неподготовленный человек в ходе допроса наговорил много лишнего об обстоятельствах почти десятилетней давности, и в вскоре ему было предъявлено обвинение по ч.4 ст. 111 УК РФ и избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 

В суд первой инстанции уголовное дело поступило с многочисленными нарушениями норм уголовно-процессуального законодательства со стороны следствия. Но как часто бывает, местный суд встал на сторону следственного комитета и гособвинения, признав моего подзащитного виновным в совершении преступления, проигнорировав все ходатайства и жалобы защиты. 

  • А нарушений закона было предостаточно, как и на стадии предварительного следствия, так и в суде : 
  • — в основу приговора были положены недопустимые доказательства — нарушено право на защиту подозреваемого в ходе первого допроса с адвокатом по назначению, — в материалах дела находились процессуальные документы, которые вызывали сомнение в подлинности и содержали сведения, указывающие на их возможную фальсификацию, 
  • — приговор был основан на показаниях свидетелей, не являющихся очевидцами преступления, и чьи показания базировались на слухах и домыслах.

Даже заключение эксперта о причинах смерти вызывало сомнение в достоверности, поскольку было основано на недопустимых доказательствах.  Естественно, на незаконный приговор суда первой инстанции мною была подана развернутая апелляционная жалоба в Московский областной суд.

В ходе судебных заседаний апелляционной инстанции мною было заявлено ходатайство о истребовании из Дмитровского городского суда материала о избрании меры пресечения в отношении моего подзащитного для сверки процессуальных документов из материала с аналогичными документами, содержащимися в материалах уголовного дела. Данное ходатайство было удовлетворено, что позволило суду убедиться в многочисленных исправлениях и дописках в протоколах следственных действий. 

По результатам рассмотрения уголовного дела в суде апелляционной инстанции, были удовлетворены почти все доводы моей жалобы. Приговор в отношении моего подзащитного полностью отменен, а уголовное дело направлено на новое рассмотрение в ином составе суда. 

Апелляционное определение — признание невиновности осужденного (по ч. 4 ст. 111 УК РФ) — Коллегия адвокатов «ЭксЛедж» г. Москвы

Судья Ленская Е.А.                                                    Дело № 10-762/16

  • АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
  • г. Москва                                                                     10 февраля 2016 года
  • Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе:

председательствующего судьи Поляковой Л.Ф.,

судей: Гайдара О.Ю., Королева А.В.,

при секретаре Шалыгиной Н.М.,

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры города Москвы Дудукиной Н.А.,

осужденного Андреева А.А. и его защитника – адвоката Кулакова Ю.В., представившего удостоверение *и ордер *,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного Андреева А.А. на приговор Басманного районного суда г. Москвы от 3 сентября 2015 года, которым

Андреев А.А., *

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 5 годам лишения свободы без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в отношении осужденного Андреева А.А.

до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения в виде заключения под стражу, срок отбывания наказания исчислен с 3 сентября 2015 года, в срок отбывания наказания зачтено время содержания под стражей в период предварительного следствия с 13 марта по 2 сентября 2015 года. Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Гайдара О.Ю., пояснения осужденного Андреева А.А. и его защитника – адвоката Кулакова Ю.В. по доводам апелляционной жалобы и поддержавших ее, мнение прокурора Дудукиной Н.А., полагавшей необходимым приговор оставить без изменения, руководствуясь ст. ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия

Читайте также:  Последствия истечения срока исковой давности

УСТАНОВИЛА:

Андреев А.А. признан виновным в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть человека.

Согласно приговору: 7 марта 2015 года не ранее 18 часов, находясь в квартире по адресу: * Андреев А.А. в ходе ссоры после получения от К. двух ударов ножом в живот, выхватил из его рук нож, нанес им не менее пяти ударов К.

, после чего подверг его избиению, причинил ему повреждения, в результате чего смерть потерпевшего наступила от механической асфиксии вследствие закрытия просвета гортани мягкими тканями, отекшими из-за перелома подъязычной кости и щитовидного хряща.

В судебном заседании Андреев А.А. вину не признал, показал, что действовал в пределах необходимой обороны.

В апелляционной жалобе осужденный Андреев А.А.

 находит приговор незаконным и необоснованным, подробно излагая свою версию произошедших событий, утверждает, что действовал в пределах самообороны, поскольку осознавал, что, если он не усмирит потерпевшего, последний его убьет, полагал, что может ослабеть ввиду полученных ножевых ранений, поэтому и отвечал ударами, обращает внимание на данные о личности погибшего, который был неоднократно судим, в том числе, по ст. 111 УК РФ, просит смягчить наказание.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судебная коллегия находит приговор в отношении Андреева А.А. подлежащим изменению.

  1. Изучение материалов уголовного дела показало, что уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, на основании собранных по уголовному делу доказательств, их проверки в судебном заседании путем сопоставления с другими доказательствами, установления их источников, проверки версии осужденного.
  2. Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену приговора, в ходе производства по делу предварительного расследования и его рассмотрения судом первой инстанции допущено не было.
  3. Вместе с тем, суд первой инстанции, правильно установивший фактические обстоятельства дела, пришел к неправильным выводам о квалификации содеянного и, как следствие, назначил несправедливое наказание, что влечет за собой изменение приговора со снижением наказания.

Так, свои выводы о доказанности вины осужденного суд обосновал показаниями самого Андреева А.А.

, в том числе, в ходе проверки его показаний на месте, который не отрицал, что в ответ на два удара ножом в живот, выхватил его из рук потерпевшего К.

, нанес несколько ударов ему в область плеча, а затем, пытаясь пресечь продолжение действий потерпевшего, который продолжил драку, нанес ему удары в область головы и тела, затем уложил его в ванну, где нанес несколько пощечин.

Кроме того, суд в качестве доказательств привел показания сына осужденного – Андреева П.А., который прибыл домой, обнаружил труп К. и со слов отца узнал о произошедших событиях, изложение которых аналогично показаниям осужденного.

Также виновность Андреева А.А. подтверждена показаниями свидетеля И. – соседки осужденного, которая показала, что в ночь 7 марта 2015 года из квартиры Андреева А.А. она слышала звуки скандала, который затих примерно через полчаса.

Из приведенных в приговоре показаний свидетелей – сотрудников полиции Ш., Б. следует, что они изложили обстоятельства обнаружения трупа в квартире Андреева А.А., который изначально изложил им свою версию произошедшего, которая по содержанию аналогична его показаниям.

Кроме того, в приговоре в качестве доказательств вины осужденного приведены явка с повинной Андреева А.А., в которой он сознался в нанесении К.

ударов ножом и избиении последнего в ответ на нанесение ему потерпевшим двух ударов ножом в живот; протокол осмотра места происшествия, которым зафиксированы обстоятельства, имеющие значение для дела, изъяты следы, обнаружен нож, которым причинены повреждения Андрееву А.А. и К.

; заключение эксперта № *, согласно выводам которого установлена локализация телесных повреждений у потерпевшего, сделан вывод о том, что смерть К.

наступила от механической асфиксии вследствие закрытия просвета гортани мягкими тканями, отекшими из-за перелома подъязычной кости и щитовидного хряща, а причиненный вред тяжким, опасным для жизни человека; заключение эксперта № * о наличии у Андреева А.А. повреждений и их локализации; вещественные и иные доказательства.

По мнению судебной коллегии, изложенные судом первой инстанции доказательства, в том числе, показания осужденного, заключения судебных медицинских экспертиз, относимость и допустимость которых не ставится под сомнение сторонами, свидетельствует о том, что Андреев А.А. умышленно причинил тяжкий вред здоровью К. при превышении пределов необходимой обороны.

К такому выводу судебная коллегия приходит на основании анализа доказательств стороны обвинения, проверки версии осужденного.

Так, органом следствия установлено, а в судебном заседании нашло свое подтверждение то обстоятельство, что в ходе распития спиртного на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений потерпевший К. имевшимся при нем ножом нанес Андрееву А.А. два последовательных удара ножом в область живота, то есть, в область расположения жизненно-важных органов.

В ответ Андреев А.А. после первого удара ножом ударил К. головой в нос, а после второго удара выхватил нож и нанес им несколько ударов К. в область плеча и отбросил нож в сторону. Поскольку после этого К. продолжил драку, Андреев А.А., опасаясь потери сознания ввиду потери крови, также нанес ему удары по голове и телу.

Согласно заключению эксперта у Андреева А.А. выявлены повреждения, не противоречащие его показаниям, что, в свою очередь подтверждает его показания о получении двух ножевых ранений в живот.

Согласно заключению эксперта повреждения, причиненные Андреевым А.А. К. вследствие нанесения ответных ударов ножом, не находятся в причинной связи с наступлением смерти.

Судом правильно установлен и мотив совершенного преступления, поскольку и сам осужденный признал, что событие произошло в ходе ссоры на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, этот мотив нашел свое полное подтверждение в совокупности доказательств.

В соответствии с. ч. 2 ст. 37 УК РФ защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

В силу закона право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения. Это право принадлежит лицу независимо от возможности избежать общественно — опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

Из установленных в судебном заседании обстоятельств дела следует, что инициатором конфликта явился К., он первым проявил агрессию и применил в отношении Андреева А.А. физическое насилие, нанеся два удара ножом в его живот, в связи с чем у Андреева имелись достаточные основания для вывода о том, что в его отношении имеет место реальное противоправное посягательство.

Указанные обстоятельства опровергают доводы прокурора и выводы суда первой инстанции, изложенные в приговоре, об отсутствии признаков необходимой обороны и ее превышения.

Более того, по смыслу закона, состояние необходимой обороны может иметь место, в том числе, в случаях, когда защита последовала непосредственно за актом хотя и оконченного посягательства, но, исходя из обстоятельств для оборонявшегося лица, не был ясен момент его окончания и лицо ошибочно полагало, что посягательство продолжается.

С учетом фактических обстоятельств дела, времени, места, обстановки и способа посягательства со стороны К., установленных в судебном заседании, судебная коллегия не может согласиться с тем, что после того, как Андреев А.А. выхватил нож из рук К., нанес ему несколько ударов в область плеча, он с очевидностью осознал, что посягательство со стороны К. окончено и в защите отпала необходимость.

Обстоятельства произошедшего, а именно внезапность нанесенных К. ударов ножом в живот Андреева А.А., не свидетельствуют, что у Андреева А.А. отсутствовали основания опасаться дальнейшего насилия со стороны потерпевшего.

Принимая во внимание агрессивное, противоправное поведение потерпевшего, предшествовавшее событию преступления, и исходя из положений ч. 2 ст. 37 УК РФ, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости признать, что Андреев А.А.

нанес удары кулаками в область головы, лица, шеи, груди и тела К.

, причинив тяжкий вред здоровью, представляющий опасность для жизни, повлекший по неосторожности его смерть, в состоянии необходимой обороны, в целях пресечения его противоправных действий, однако, не смог объективно оценить степень опасности действий К.

, избрал несоразмерный способ защиты и совершил в отношении него действия не соответствующие характеру и опасности посягательства, тем самым, превысив пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, что свидетельствует о явном превышении пределов необходимой обороны.

При таких обстоятельствах, суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, при которых Андреевым А.А. было совершено преступление, допустил ошибку при юридической оценке действий осужденного.

Исходя из установленных судом обстоятельств, действия Андреева А.А. подлежат переквалификации с ч. 4 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

При назначении Андрееву А.А. наказания по ч. 1 ст. 114 УК РФ, судебная коллегия, в соответствии со ст. ст.

6, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о его личности, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, закрепленные в уголовном законодательстве РФ принципы гуманизма и справедливости, и полагает необходимым назначить ему наказание в виде ограничения свободы.

Время содержания Андреева А.А. под стражей подлежит зачету в срок отбытия наказания по ч. 1 ст. 114 УК РФ с учетом положений ч. 3 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня ограничения свободы.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих другие изменения приговора или его отмену по основаниям, предусмотренным ст. 38915 УПК РФ, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Басманного районного суда г. Москвы от 3 сентября 2015 года в отношении Андреева А.А. изменить, переквалифицировать его действия с ч. 4 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ, по которой назначить наказание в виде ограничения свободы на срок один год.

На основании ст. 53 УК РФ установить осужденному Андрееву А.А. ограничения: не уходить из места проживания после 23 часов 00 минут, не выезжать за пределы города Москвы и Московской области, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на осужденного Андреева А.А. обязанность являться два раза в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Зачесть в срок отбывания наказания время содержания Андреева А.А. под стражей с 13 марта 2015 года по 10 февраля 2016 года, в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня ограничения свободы, назначенное наказание считать отбытым.

Андреева Андрея Александровича из-под стражи освободить, меру пресечения в виде заключения под стражу в его отношении отменить. Апелляционную жалобу удовлетворить частично.

В остальном этот же приговор оставить без изменения.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *